Архивы по тегу 'текст'
Чешский язык
Чешский язык поразил меня с первого часа пребывания в Праге. Всё очень логично, красиво и понятно. Русский вполне в состоянии понимать чеха, когда забывает, что звучит незнакомый язык.
В одном из книжных магазинов на Вацлавской площади меня привлекла книга с узнаваемым рисунком Йозефа Лады – знаменитого иллюстратора Похождений бравого солдата Швейка. Вот эта.
Перевод заглавия понятен сразу. История моей жизни. Машинально открыв первую страницу, я забыл, что я не знаю этого языка и… прочитал ее. Не продрался через текст, не примерно понял содержание, а именно прочитал, насладившись красотой слога. Потом начал читать вторую, вспомнил, что это чужой язык, удивился. Чтение пошло медленнее, но скоро я снова забыл по языковой барьер, и снова стал получать удовольствие от повествования. Меня ждали, и третьей страницы я читать не стал, но мне запомнилась лёгкость, с которой я глотал текучий текст, слово за словом, фразу за фразой. Когда если не думаешь о том, что язык незнакомый, читается свободно и естественно.
Сидя за компьютером дома, я не могу читать по-чешски.
Андре Кертеш (Andre Kertesz). On Reading
Этот альбом Андре Кертеш, о котором я уже упоминал, снимал с 1915 по 1970 годы. Здесь фотографии только о книгах и людях, о чтении. Простой и глубокий альбом. Незамысловатый, минималистичный, отобрано самое лучшее и ничего лишнего. Когда я увидел его в первый раз, мне он показался примитивным, но на следующий день я зашёл в магазин второй раз и купил его. Продавец-индус, увидев меня во второй раз, сразу указал на него. Сказал, что все, кто возвращались на второй день, покупали On Reading.
Крысы чиновные. Часть 1
Чиновничья субкультура – это мир в себе, со своими правилами, отношениями и языком. И так повелось издавна.
Кто же настоящий чиновник? Это человек, живущий от колыбели до могилы не на солнечной стороне света, а в тени, на севере, в особой чиновничьей атмосфере, в особенном чиновничьем климате, под законами особенных светских приличий. Мир чиновничий – мир совершенно отдельный, не имеющий никакого сходства ни с житьём помещичьим, ни с купеческим и мещанским бытом. В чиновничьем мире всё своё, всё оригинальное и нет ничего заимствованного, – свой язык, своя литература, свой ум и своё остроумие, свои моды, своя кухня и даже свои танцы! Если в чиновничьем мире что-либо и заимствуется из другого круга, то немедленно принимает свой особенный характер. Этот чиновничий мир так глубоко проникнут собственною своею оригинальностью, что даже слуга чиновника совсем другой человек, не то что другие служители, а кухарку чиновника (если таковая имеется!) можно узнать на рынке между тысячами кухарок!
Ф.В. Булгарин. Чиновник. 1842.
Чиновничий канцелярско-деловой язык, а попросту «канцелярит», так же далёк от языка русского, как воровское арго. Какой-нибудь иностранец, даже более или менее разумеющий русскую разговорную речь, без перевода его вряд ли поймёт . У канцелярита, разговорного и письменного, своя грамматика, своя лексика и фразеология. Даже оформление печатного текста у чиновников другое. Я до сих пор не понимаю, как чиновники с многолетним стажем умудряются сохранять хоть какую-то связь с русской культурой? Как они умудряются попросить сына вынести мусор и не сказать при этом: «Прошу Вас осуществить перемещение накопившихся за сутки бытовые отходы к месту их сбора на территории, прилегающей к занимаемому Вами жилищу. В противном случае, ввиду наличия среди отходов предметов органического происхождения, возможно образование в туалетной комнате скопления насекомых»?
Канцелярит очень прост и в этом его коварство. Язык – инструмент мышления, и канцелярский текст со временем превращается в упрощённый канцелярский язык, потом в упрощённый канцелярский образ мысли и образ жизни. Ограниченная лексика и фразеология, небольшой набор оборотов и несколько построений «вступление – основная часть – решение» – вот всё, что нужно для общения чиновников друг с другом. Думаю, что при желании несложно написать генератор служебных записок, в котором за несколько шагов можно выбрать тип письма (просьба, предложение, уведомление, отказ), адресата и схему обоснования (отсутствие средств, несвоевременность решения, недостаточность обоснования). Выданный таким генератором текст не нужно будет править, ведь любое отклонение от сложившегося в канцелярите штампа строго осуждается опытными и авторитетными чиновниками. В записке, написанной чистым русским языком, безжалостно вычищаются любые проявления жизни, причём автору делается снисходительное внушение, ведь он молод и не искушён в деловой переписке.
Хороший чиновник должен не только писать на канцелярите, он должен на нём говорить, а претендент на солидную карьеру на нём думать. Кстати, можно подумать, что я пренебрежительно говорю о канцелярите. Это не так, в моих словах нет ни капли насмешки или осуждения. В день, когда чиновники заговорят по-русски, бюрократическая машина встанет. Чиновники – такие же люди, как и все мы, среди них есть умницы, а есть и глупцы, и всем хочется найти своё место в жизни. Лексическая и грамматическая бедность канцелярита позволяет успешно выживать чиновникам, не одарённым высоким интеллектом, причём чаще всего именно они делают успешную карьеру. Пару лет назад в новостях проходила информация о странном и, в некотором смысле, курьёзном событии. На рабочем месте неожиданно умер британский служащий. Врачи установили, что он был тяжело болен в течение нескольких лет. Его мозг высыхал, и к моменту смерти полноценного мозгового вещества в его голове практически не осталось. Тем не менее, он вполне успешно выполнял свои обязанности, и никто не заметил ничего необычного. Для меня в этом событии нет ничего странного. В чиновничьей работе не требуется умения думать, оно даже мешает. Ограниченному человеку не нужно загонять себя в рамки, в его душе нет конфликта – где ещё найдут себя такие люди такие люди, как не в бизнесе или на государственной службе, где они на своём месте и вливаются в деловую жизнь естественно и органично.
Ещё раз скажу, что в сказанном нет никакого принижения работы чиновника, которой в некотором смысле занимаюсь и я. Есть разная работа, приятная и не очень, и всю её кому-то приходится делать. Я лишь пытаюсь описать субкультуру чиновников, с существованием и ролью которых люди, особенно русские, не могут не считаться.
Конец эпохи поэтов
Париж. 2009
В "Известиях" появились раздумья Дмитрия Быкова о непопулярной ныне поэзии.
…что же сегодня-то случилось, что к этому средству, этой клавише "Caps Lock" – какой в идеале и является всякая настоящая поэзия, – надо заново привлекать внимание? Вот передо мной, скажем, повесть Лидии Чуковской "Прочерк", глава про то, как они с однокурсниками в двадцать шестом году зачитывали друг друга стихами, как не могли расстаться, провожая друг друга на другой конец города зелеными весенними ленинградскими вечерами: что действовало на них так гипнотически? Не только Блок, от которого пьянели еще в девятисотые, не только Ахматова, но и второй ряд – Полонский, Фофанов… Господи, кто вообще придумал ряды? Иногда строчка третьестепенного поэта говорит душе больше, чем самый понимающий собеседник: стихи концентрируют момент, фиксируют его в самой точной форме. И резонанс оказывается так силен, что ни проза, ни драма не обеспечат подобного попадания в нерв. Зачем нужны были эти стихи ленинградским студентам двадцать шестого, сыновьям и дочерям "бывших"? Дело не просто в том, что они были воспитаны на литературе и без нее себя не мыслили: это было их право на жизнь, доказательство собственного существования.
…
Почему бы не предположить, что поэзия стала безнадежной архаикой? Хорошо, согласимся и с этим – только ведь архаикой она стала не потому, что устарела технически и не может соответствовать клиповому мышлению XXI века. Архаикой стало нечто иное, куда более фундаментальное: речь именно об этой клавише "Caps Lock". Никому больше не нужны большие буквы; или – выразимся мягче – величие участи уже не спасает от ее трагизма. Этот трагизм оказывается сильнее любых контраргументов: человеку все труднее жертвовать жизнью, да что жизнью – комфортом, обедом! – во имя абстракций. Вассальная верность выглядит не доблестью, а глупостью. Насмешка над честью – давно уже норма. Надличное и внеположное – термины, лишившиеся всякого содержания: ни слава, ни красота жеста, ни вечная память не выглядят достаточной компенсацией за усилие, жертву или, не дай бог, гибель. Поэзия нужна тем, кто нуждается в оправдании своего бытия и возвеличивании своих драм; современный человек не видит ценностей, которые стали бы выше бытия, и не хочет никаких драм, даже если из них получится великое искусство [выделено мной - Н.Л.].
Илья Ильф и Евгений Петров хорошо написали в "Золотом телёнке"
Параллельно большому миру, в котором живут большие люди и большие вещи, существует маленький мир с маленькими людьми и маленькими вещами. В большом мире изобретен дизель-мотор, написаны "Мертвые души", построена Днепровская гидростанция и совершен перелет вокруг света. В маленьком мире изобретен кричащий пузырь "уйди-уйди", написана песенка "Кирпичики" и построены брюки фасона "полпред". В большом мире людьми двигает стремление облагодетельствовать человечество. Маленький мир далек от таких. высоких материй. У его обитателей стремление одно — как-нибудь прожить, не испытывая чувства голода.
Так начиналась глава о ребуснике Синицком, сочинителе шарад и головоломок на актуальные темы. Сейчас ребусы и кроссворды продаются отдельными изданиями в любой электричке, на любой станции метро, они заменяют книги. Своеобразная жвачка для мозга, не насыщает, но занимает. Идеология больших дел сменилась даже не идеологией, а порядком жизни маленьких людей. Поэзия не нужна маленьким людям. Вместо поэзии в ходу ирония, стёб, разъедающие любую попытку приподняться над бытом, а сами эти попытки моментально обвиняются "пафосными", и потому заведомо ущербными. На мой взгляд, за всем этим скрываются попытки защититься от бессмысленности бытия маленьких людей. Смех здесь нужен для оправдания даже не самого отсутствия смысла, а отсутствие всяких попыток найти этот смысл. Задаваться гамлетовскими вопросами сегодня неприлично. Смешно.
Мышление и интернет
Почти год назад я писал о том, что с каждым годом моя способность читать длинные и сложные тексты ухудшается.
В детстве я читал не так, как сейчас. Текст воспринимался ясно и эмоционально, без препятствий и затруднений. Внимание к чтению не требовало усилий, а многое из прочитанного я помню до сих пор… Сейчас книги читаются иначе. Концентрация внимания требует усилий, отдельные куски приходится перечитывать, прочитанное не всегда запоминается, а частенько читать просто лень.
Я объяснял это разными причинами, главная из которых – информационная перенасыщенность. Тогда я прописал себе "книжную диету" – упорядоченное, вдумчивое и медленное чтение. Возможно, диагноз был "врачебной" ошибкой, дело совсем не в книгах, а в интернете.
В октябре прошлого года в ИноСми появился перевод статьи Николаса Карра, который я привожу целиком в конце заметки. Пока только выдержки.
За последние несколько лет у меня появилось неприятное ощущение, что кто-то – или что-то – переделывает мой мозг, перестраивать его нейронные сети, перепрограммирует память. Мой мозг не умирает – насколько я могу судить об этом – но он меняется… Сильнее всего это ощущается при чтении. Когда-то мне было нетрудно погрузиться в книгу или длинную статью. Повествование или рассуждения захватывали мой ум, и я проводил долгие часы, поглощая длинные куски прозы. Подобное стало происходить все реже и реже. Теперь после двух-трех прочитанных страниц мое внимание начинает рассеиваться. Я отвлекаюсь, теряю нить повествования, начинаю искать себе другое занятие…
Мне кажется, я понимаю, в чем дело. На протяжении более десяти лет я стал проводить много времени в Интернете, ища информацию, просто бродя по его просторам… Материал, чтобы найти который мне ранее приходилось просиживать днями в книгохранилищах и библиотечных залах периодики, теперь отыскивается буквально за пару минут. Достаточно несколько раз вбить ключевые слова в Google,быстренько покликать на гиперссылки – и у меня в руках оказываются искомые факты или острые цитаты. Даже когда я не работаю, то часто брожу по информационным дебрям Сети: читаю и пишу е-мейлы, просматриваю заголовки новостей и посты в блогах, смотрю видео, слушаю подкасты или просто перепрыгивая с ссылки на ссылку.
…
Как отмечал в 1960-х годах теоретик СМИ Маршалл Маклухан (Marshall McLuhan), СМИ представляют собой нечто большее, чем просто пассивные источники информации. Они поставляют пищу для мозга, и они же формируют мыслительный процесс. Судя по всему, Интернет уменьшает мою способность концентрироваться и созерцать. Мой мозг теперь ожидает поступления информации в том виде, в каком ее распространяет Сеть – в виде стремительного потока частиц. Раньше я, как аквалангист, погружался в глубины океана слов. Теперь же я скольжу по поверхности как водный лыжник.
Я привёл только самое главное, основную мысль, и даже в этой короткой выдержке выделил самое-самое жирным шрифтом. Это сделано потому что в противном случае многие не дошли бы и до третьего абзаца. Тексты, публикуемые в Сети становятся всё короче, поток информации всё более концентрированным и дробным. Заметки больше чем в три экрана не дочитывают до конца. Появился даже "мем", устойчивое выражение: "Многа букафф, ниасилил".
Над этим надо подумать. Возможно, нужно прописать себе не книжную, а интернетную диету: читать новости из бумажных газет, резко уменьшить периодичность и время их просмотра, ограничиться профессиональными источниками в книгах.
Мне интересно, что вы об этом думаете. Это важно, потому что я уже видел множество мнений о статье в духе "люди жалуются на свою глупость, нужно просто читать и не ныть". Подозреваю, что люди, сказавшее это, статью до конца не осилили.
Книжные покупки
Сотрудник отличного книжного магазина Фаланстер Борис Куприянов пишет об отношении к книгам, точнее, к покупке книг. Не замечали такого за собой? Я замечаю часто.
В оглашении своих книжных покупок есть какой-то эксгибиционизм. Сейчас даже не чтение, а сама покупка книг стала таинством, окутанным полумистическим флером. Цены на книги столь велики, подчас недоступны,читатель (точнее, книгопокупатель) прячет покупки в самые непрозрачные места своего снаряжения. Чем ценнее для покупателя книга, чем она уникальнее, тем глубже она погружается в портфель или сумку. Есть специальные методы маскировки книг, например: застиранный плотный непрозрачный полиэтиленовый пакет, который используется только для переноски книг из магазина в постоянное место хранения. На маскпакетах может быть написано «Ярмарка «Мед России 2005», или «Фирма Эон – ваш проводник в мире сантехники», никогда в подобном случае не используются сумки с нейтральнымиизображениями. Чтение и покупка книг обретают интимный, сокровенный смысл. По долгу службы я часто вижу, как ревниво люди относятся к отобранным книгам, как нервничают, когда другой покупатель берет их в руки или даже просто рассматривает. Надеюсь, это не вопрос собственности. Часто люди просят «несмотренный экземпляр», экземпляр, который никто другой не держал в руках, не раскрывал, не нарушал девственного соединения страниц. Все реже книга воспринимается как текст, как «источник знаний». Читатель почти стесняется демонстрировать свое пристрастие к непопсовым книгам. Если чтение есть развлечение, то все, что серьезнее иронического детектива – развлекуха сомнительная, почти извращение.
Я, к сожалению, не исключение, поэтому я не буду описывать «книжные покупки», но постараюсь описать те книги, которые произвели на меня впечатление (как позитивное, так и негативное). Опять же, надо учитывать мещанское пристрастие к собственности. Признайтесь,отнюдь не все приобретенные книги вы читаете, и напротив – часто читаете совсем не то, на что хочется тратить время и, извините, деньги. Покупая Еврипида, я думаю о глубокой старости (не факт, что я проведу ее не пропалывая огурцы в километрах так 200 от библиотеки) или об образованных детях… Грешен.
Горят ли рукописи?
Иоганн Себастьян Бах. Портрет работы Э.Г. Хаусмана, 1746 год
Читаю книгу «Иоганн Себастьян Бах» Альберта Швейцера (издание 1965 года есть здесь – pdf, 12 Мб). Интересно и основательно. Обильные нотные цитаты пропускаю, потому что музыке не учился и совершенно их не понимаю, но и без них книга хороша.
Потрясло отношение к наследию И.С. Баха его современников и потомков. Многие и многие рукописи нот были утеряны. Некоторые исследователи считают, что судьба баховских произведений при таком отношении могла сложиться ещё хуже. Например,
Кантаты исполнялись каждое воскресенье, исключая три последние воскресенья перед Рождеством и шесть во время поста; к этому присоединялись праздники: три дня св. Марии, Новый год, Богоявление Вознесение, дни св. Иоанна, св. Михаила и Рефорации. Всего пятьдесят девять кантат на каждый год. Если Бах действительно написал церковную музыку на пять лет, как сообщает некролог и подтверждает Форкель [первый биограф Иоганна Себастьяна Баха, знакомый с ним лично и во время написания биографии непосредственно общавшийся с его детьми – Н.Л.] – то всего было двести девяносто пять кантат. Приблизительно сто из них утеряно – сохранилось около двухсот. [Здесь и далее выделено мной - Н.Л.]
С. 92
Пять годовых циклов кантат поделили между собой Эммануил и Фридеман [старшие сыновья Иоганна Себастьяна Баха, Карл Филлип Эммануил и Вильгельм Фридеман – Н.Л.]. То, что получил последний, он скоро частью растерял, частью промотал. Эммануил лучше сохранил свою долю. Однако об издании кантат он не мог и думать из-за больших издержек, да и вряд ли нашлись бы и покупатели.
С. 169
В феврале 1738 года… на Пасху король и королева посетили Лейпциг; в их честь Бах исполнил «Вечернюю музыку» под открытым небом. Музыка утеряна, но, как свидетельствуют современники, она очень понравилась.
С. 102
… хроника сообщает о кантате в честь княжеского дома, исполненной… в 1738 году: «28 апреля, в 9 часов утра, барон Вольдемар фон Шметау произнёс в здешней церкви Св. Павла торжественную речь по случаю помолвки Её высочества принцессы Амалии с его величеством королём обеих Сицилий. Вечером же, в 9 часов, студенты здешнего университета со многими восковыми факелами исполнили на рыночной площади против дома Апеля красивую ночную музыку со звуками труб и литавр – всеподданнейшую драму, сочинённую исполненную господином капельмейстером Иог. Себастьяном Бахом…». Магистр Бирнбаум [друг Баха, преподаватель риторики Лейпцигского университета; композитор обращался к нему за помощью в переписке с критиками – Н.Л.]… упоминает эту кантату… «господин придворный композитор пишет трогательно, выразительно, естественно и правильно, проявляя не извращённый, но превосходный вкус». Музыка утеряна.
С 512
Мы должны быть благодарны Кребсу [один из самых старших учеников Баха, Иоганн Себастьян ценил его наравне с сыновьями – Н.Л.] за сохранение большой до-минорной фантазии… В конце рукописи [нотного текста – Н.Л.] Кребс замечает, что он снял копию 10 января 1751 года, спустя несколько месяцев после смерти учителя. Эта рукопись чуть не попала в руки лавочника, который хотел использовать её как макулатуру. К счастью, её спас придворный органист Рейхардт из Альтенбурга.
С. 192
Из скрипичных концертов сохранилась лишь половина – то, что перешло к нам из наследства Эммануила. Доставшиеся Фридеману – утеряны навсегда.
С. 298
Автор светских кантат оставался забытым ещё дольше, чем автор духовных. Форкель знал только «Крестьянскую кантату» (№ 212). Баховское общество опубликовало кантаты, о существовании которых никто и не подозревал. А сколько из них безвозвратно утеряно!
С. 494
Страницы приведены по изданию 2002 г
Больше всего поразила история текста до-минорной фантазии. Трудно предположить, какими соображениями руководствовался мясник, заворачивая в ноты свой товар? Неужели ему совсем не было любопытно, что за музыка записана на бумажных листах? Ведь ноты тогда переписывали, и каждый экземпляр был уникальным. Неужели нотные тексты так часто выбрасывались? Или музыка не исполнялась дважды, и на каждый следующий концерт или следующую службу сочиняли новую?
Конечно, можно утешиться тем, что баховские темы живут в произведениях сыновей, учеников и последователей. Тем более, что композиторы того времени совсем не гнушались перерабатывать темы друг друга, да и свою музыку иногда использовали дважды. Сам автор делал это. Вот, например, схема включения тем и фрагментов других произведений в Рождественскую ораторию (BWV 248) из буклета одного CD-сборника духовных вокальных произведений И.С. Баха.
И всё-таки список утерянного потрясает.
Триумф литературы
Никогда ещё к литературе не относились так серьёзно. Автор литературного блога из Перми приговорён к штрафу за худождественное произведение от первого лица.
Дело Дмитрия длится уже полтора года. Началось все в апреле 2007 года, во время шумихи, поднявшейся вокруг расстрела студентов в Вирджинском политихническом институте. Реакцией tetraox’a на это преступление стало написание злобного, саркастичного памфлета.
Teraox написал: «Я вчера… купил пистолет. Старый ТТ с затертыми номерами. Коробку на 150 патронов. Патроны старые, на донышке выбит 64-й год, но сохранились хорошо, «маслята»… Я вас всех ненавижу, я ненавижу Путина, ненавижу Каспарова, ненавижу Макдональдс, ненавижу Дом-2, ненавижу метро, ненавижу российскую провинцию. Я заберу с собой два-три десятка душ. Я пока не решил, в какой ВУЗ города я пойду. Наверное, все-таки в политех. Я его ненавижу. Хотя одинаково ненавижу и остальные «типа университеты». Я ненавижу людей. Вы у меня попляшете. На раскаленной сковородке».
Тогда еще никто не знал, во что выльется написание этого сообщение — в обыск, допросы, следствие, судебное разбирательство. Заметим, что блоггера судят вовсе не за подготовку теракта. Дмитрия обвинили по 207 статье — заведомо ложное сообщение об акте терроризма. Это именно та статья, по которой проходят всяческие ложные звонки в милицию о заложенной бомбе.
…
В профайле блога tetraox’a указано: «ДАННЫЙ ЖУРНАЛ ЯВЛЯЕТСЯ ЛИТЕРАТУРНЫМ ПРОИЗВЕДЕНИЕМ. ОТОЖДЕСТВЛЕНИЕ «ЛИРИЧЕСКИХ ГЕРОЕВ» ДАННОГО ПРОИЗВЕДЕНИЯ С ЛИЧНОСТЬЮ АВТОРА ЯВЛЯЕТСЯ ОШИБОЧНЫМ. ВСЕ ПРЕДУПРЕЖДЕНЫ, Я НАДЕЮСЬ».
Двадцать тысяч рублей штрафа.
Хорошо, что сомнительные писатели вроде Артура Конан-Дойля, Марка Твена и Герберта Уэллса не дожили до наших дней. Не миновать бы им суда.
- Я беру на себя большую ответственность. Но я дал Хопкинсу нить, и, если он не сумеет за нее ухватиться, не моя вина. Знаете, что мы сейчас сделаем? Мы будем судить вас, как того требует закон. Вы, капитан Кроукер, – подсудимый. Вы, Уотсон, – английский суд присяжных, – я не знаю человека, который был бы более достоин этой роли. Я судья. Итак, джентльмены, вы слышали показания? Признаете ли вы подсудимого виновным?
– Невиновен, господин судья! – сказал я.
– Vox populi – vox dei. Вы оправданы, капитан Кроукер.Артур Конан-Дойль. Ст. 330 УК РФ. Самоуправство
С ранней юности я испытывал особую страсть к выведению кур, и возможность стать членом вашего общества отвечает моим самым горячим желаниям. Еще когда я был ребенком, выведение кур интересовало меня, и могу не хвалясь сказать, что уже к семнадцати годам я был знаком с лучшими и быстрейшими способами выведения кур, от увода их из курятника посредством зажигания фосфорных спичек у них под клювом, до снятия их с плетня при помощи теплой доски, подсунутой в морозную ночь под их лапки. Смею сказать, что к тому времени, когда мне исполнилось двадцать лет, я вывел больше кур, чем любой другой любитель куроводства во всей нашей округе. Постепенно сами куры стали признавать мой талант. Стоило мне показаться на горизонте, как молодняк обоего пола переставал рыть землю в поисках червей, и старые петухи, которые вышли, чтобы покукарекать, “останавливались помолиться”.
Марк Твен. Как выводить кур. Ст. 158 УК РФ. Кража
- Что же вы намерены делать? – спросил я наконец. – Какие у вас планы? Он помолчал. – Вот что я решил, – сказал он. – Что нам остается делать? Нужно придумать такой образ жизни, чтобы люди могли жить, размножаться и в относительной безопасности растить детей. Сейчас я скажу яснее, что, – по-моему, нужно делать…
Те, что останутся, должны подчиниться дисциплине…
Мы будем собираться здесь. Нашим округом будет Лондон. Мы даже сможем выставлять сторожевые посты и выходить на открытый воздух, когда марсиане будут далеко. Даже поиграть иногда в крикет. Вот как мы сохраним свой род. Ну как? Возможно это или нет? Но спасти свой род – этого еще мало… Мы должны наблюдать за марсианами. Некоторые из нас должны стать шпионами…Герберт Уэллс. Война миров. Ст. 282.1 УК РФ. Организация экстремистского сообщества
Мне противна литература Ширинкина, но судить автора за деяния героя – это слишком.
Наукообразная занаученность
Из блога о простоте Occams Way
Качество технических текстов – моя больная тема, потому что большинство из них поддаётся пониманию разве что самому автора (да и это сомнительно). Я не раз писал об этом, например, «Keep it simple, stupid или какого черта?!» или «Выражайтесь яснее!«, и всё с восклицательными знаками. Бывают ситуации, когда я чувствую, что попыткой проникнуть в текст озабочен я один. Во-первых, никто не хочет его понимать, ведь писал умный человек, и легче доверить ему, чем разбираться самому. Во-вторых, и это главное, не понять то, что якобы поняли (а на самом деле не читали) остальные, означает признать себя глупее их, а это совершенно недопустимо. В итоге все кивают головами, доверяя друг другу, и моё «не понимаю» в этой идилии – как ржавый гвоздь в полированном столе. Однако во всеобщем доверии и понимании таится большая опасность.
Журналисты газеты «Троицкий вариант» провели эксперимент, окончившийся абсолютным успехом. Началось всё много лет назад, когда студенты Массачусетского технологического института написали программу SCLgen, генерирующую псевдонаучные тексты. С помощью программы они пытались проверить качество рецензирования статей и докладов на научных конференциях. Оригинальная статья, сгенерированная авторами программы, была переведена на русский язык программой Лаборатории компьютерной лингвистики ИППИ РАН и отправлена на публикацию в «Журнал научных публикаций аспирантов и докторантов«. Для получения научной степени соискателю необходимо опубликовать несколько статей в журналах, входящих в специальный список Высшей аттестационной комиссии – Перечень ведущих рецензируемых научных журналов и изданий, в которых должны быть опубликованы основные научные результаты диссертации на соискание ученой степени доктора и кандидата наук (редакция апрель 2008 года) – файл Word. Некоторые журналы открыли в списке источник небольшого, но стабильного дохода, принимая за умеренную плату формальные публикации аспирантов и докторантов.
В «Журнал научных исследований» была отправлена ахинея в квадрате – текст, сгенерированный программой и переведённый программой. Но текст, заметьте, сложный и наукообразный. И название было удачно занаучено: «Корчеватель: алгоритм типичной унификации точек доступа и избыточности». Стоит привести здесь некоторые особо изящные пассажи из него.
Согласно литературным данным [Streiter et al., 1999; Zarqauwi, 2005] оценка веб-браузеров невозможна без управления переполнением. С другой стороны, существенная унификация передачи голоса в Интернет-телефонии по схеме общее-частное является общепринятой схемой [Bose, 1999; G?lan, 2005]. Это противоречие разрешается тем, что SMPs может быть сконструирован как стохастический, кэшируемый и вкладываемый.
Согласно общепринятым представлениям, имитация Часов Лампорта не может быть реализована в отсутствие активных сетей [Lamport et al., 2002; Daubechies et al., 1999]. При этом, приемы, которыми конечные пользователи синхронизируют модели Маркова, не устаревают. Основная проблема при этом – необходимость унификации виртуальных машин и теории в истинном масштабе времени [Aguayo et al., 2003]. До какой степени могут быть реализованы веб-браузеры, достигающие этой цели?
…
Предложен алгоритм, состоящий из n семафоров. Любой недоказанный синтез интроспективных методологий безусловно потребует того, чтобы хорошо известный надежный алгоритм Zheng [Zhou et al., 2005] для исследования рандомизированных алгоритмов находился в Co-NP. Несложно показать, что это выполняется и для рассматриваемого приложения. Тем самым, возникает вопрос, удовлетворит ли Корчеватель всем этим допущениям? Оставляя действительность в стороне, цель настоящего исследования состоит в том, чтобы изучить на методическом уровне, как Корчеватель мог бы вести себя в теории. Кроме того, сравнение с ранней архитектурой Сато [Сато и др., 1986] показывает, что предложенная методология похожа, но фактически достигнет этой цели вопреки результатам Стрейтера [Streiter et al., 1999]. Это позволяет опровергнуть утверждение о том, что экспертные системы могут быть амбивалентными, высокодоступными и с линейным временем. Детали приводятся в препринте [Жуков и др., 2007].
Предложенный подход был реализован как низкоэнергетический, байесовский и интроспективный. 91 C-файл содержит около 8969 строк на Smalltalk. Корчеватель требует корневого доступа, чтобы определить местоположение мобильной связи. В настоящее время алгоритм еще не оптимизирован по сложности, но это должно быть технически просто, как только мы закончим проектирование демона сервера. В целом алгоритм незначительно увеличивает накладные расходы и сложность существующих приспособительных конструкций.
В конце несуществующий аспирант Института информационных проблем РАН М.С. Жуков честно поблагодарил вполне реальных соавторов:
Я благодарен профессору М.С.Гельфанду, привлекшему мое внимание к проблеме публикации случайных текстов, д.ф.-м.н. Б.Е.Штерну за внимание к работе, Дж.Стриблингу за использование текста, порожденного SciGen и к.филол.н. Л.Л.Иомдину за использование системы «Этап-3». Эта работа была частично поддержана ООО «Тровант».
И привёл красноречивый список литературы:
1. Вентцель Е.С. Исследование операций. М.: Наука, 1988.
2. Жуков М.С., Петухов В.В., Гельфанд М.С. Некоторые вопросы проблемы генерации случайных текстов. Препринт ИИП РАН № 137 (2007).
3. Сато М., Судзуки К., Оно Х. Нитиэй кикай хонъяку сисутэму Thalia-3. Мицубиси дэнки гихо 60 (1986) No. 3, с. 37-40.
4. Фейгенбаум Е.Е., Финкельштейн А.С., Файнциммер И.А. Некоторые подходы к решению алгорифмических задач. Доклады АН СССР 12 (1929), 121–117.
Но самое забавное было дальше. Рецензент дал статье высокий отзыв, предъявив претензии лишь к стилю изложения, и после незначительной переработки статья была напечатана. То есть рецензент статью читал, но всё же пропустил. У него не вызвали никаких подозрений странные благодарности, и даже более чем необычный список литературы не вывел его из транса, навеянного занаученным текстом. Статья была напечатана.
После скандала статью, конечно, удалили с сайта, однако она осталась в бумажном издании. Пока она есть и в кэше поисковой системы Google. Последствия для журнала, несомненно, будут. Вероятно, его удалят из списка Высшей аттестационной комиссии. Всё чаще говорят и об отмене самого «списка ВАК» как потерявшего актуальность. История со статьёй не пройдёт бесследно и для системы научных степеней и званий. Донельзя опустившееся значение учёных степеней «кандидата» и «доктора» потеряли смысл: диссертация покупается, покупается и сама защита. Объявления об их продаже свободно публикуются в газетах, сформировалась целая индустрия липовых защит. Вред нанесён и положению научных журналов как способу научного общения.
Но главное, на что я хотел обратить внимание, не в этом. Не усложняйте, пишите яснее, разбирайтесь, требуйте от авторов понятного текста, и не мешайте, когда понятного текста требуют другие. Доверив понимание одному лишь автору, можно запросто сесть в лужу.
Тяжелы кирпичи
Это не справочник телефонных абонентов города Токио, это функциональные требования к информационной системе. Больше 800 страниц!
Я понимаю желание всё задокументировать. Я даже могу посочувствовать опасениям подрядчика по поводу обоснованности своего понимания бизнес-процессов. Но 800 страниц! В этом что-то нечеловеческое. Ведь их кто-то написал, и этот кто-то очень трудолюбив!
Готовлю телегу для рабочего проекта.
-
-
Тунгусский поход
Мы сходили к Тунгусскому метеориту и сплавились до Байкита по Подкаменной Тунгуске.