Некто Лукас

Психоанализ для самопознания

Зигмунд Фрейд Психоанализ

Друзья,

я провожу сеансы психоанализа. В первоначальном, настоящем его смысле – не когда проблемы припёрли к стене и надо что-то сделать, но для самопознания. Интеллектуального, въедливого, критичного, смелого, честного, без самообмана и жалости к себе.

Формат классический: короткие встречи для разговора. Два раза в неделю, по 50-60 минут. Москва, в районе метро Белорусская или по Skype, что немного сложнее, но тоже работает.

О себе. Психологическое образование, магистратура по клинической психологии, курсы и школа в средневековом стиле – через наставничество. Личный анализ, супервизия. Опыт частной практики.

Буду рад видеть. Пишите и звоните +7 916 120 15 80.


Деньги и…

Всё, к чему прикасался царь Мидас, превращалось в золото. Впрочем, его это не сделало счастливым, потому что царь не мог ни есть ни пить.

В старинных сонниках экскременты во сне предвещают богатство. Чем больше экскрементов, тем больше денег.

В сказке братьев Грим волшебный осёл, если сказать: «Бриклебрит!», испражнялся золотом. Им испражнялась и Золотая антилопа в оригинале индийской сказки. В детском варианте она стыдливо выстукивала золотые монеты копытцем, но мы-то знаем правду.

Нью-Йоркские дизайнеры Тоби Вонг и Кен Кортни создали таблетки, с которым экскременты получаются позолоченными. Таблетки пользуются спросом.

Фрейд выявил в развитии человеческой сексуальности анальную стадию, на которой радость доставляет акт дефекации и накопление всего, что при нём извергается, внутри тела. Позднее цепочка замещений делает эквивалентом экскрементов золото и деньги. Анальный характер, сформированный задержкой человека на инфантильной стадии развития, отмечается страстью к накоплению.

В 1961 году художник Пьеро Мандзони собрал собственные фекалии в консервные баночки, написал на них «100% натуральные экскременты художника» и продал по цене золота. В 2007 году одна из баночек ушла на аукционе «Сотбис» за 124 000 евро. Такая вот вышла у него арт-терапия.

Всё, чего касается капитализм, превращается в золото. То есть в экскременты. Ведь связь золота с дерьмом прослеживалась во все времена.

Неприятные я пишу вещи. Что поделать, тему накопления и экскрементов нельзя обойти, изучая этику и эстетику капитализма. Накопления лучше всего удаются людям с анальным характером: циничным, склонным к психологическому и физическому насилию, ценящим порядок и практичность. Анальные легко богатеют, хотя чаще прибегают к насилию в отношении близких. Такая у них любовь.

Однако иногда иррациональная природа анального характера подводит. У одного деятеля нашли дома 8 миллиардов рублей. В наличных, как они любят. Прорва денег. Грустная у человека судьба. Но есть и смешная сторона: теперь у нас есть свой Пабло Эскобар.


Фантоцци голосует на выборах


Les Ogres de Barback – Ma fille

Французы умеют делать простые незатейливые клипы, без дорогих авто, дыма, девушек на подтанцовке, вентиляторов на волосы и прочей ерунды. Бутерброды съемочной группе, уверен, в списке есть. Наверняка с вином и разговорами.


Теория коммунистического заговора


Из фильма С. Кубрика «Доктор Стрейнджлав, или Как я научился не волноваться и полюбил атомную бомбу»

Замечательный малоизвестный фильм про ядерную войну. Питер Сэллерс сыграл в фильме сразу три роли. И сыграл бы четыре, если бы не сломал ногу: с гипсом в кабине бомбардировщика тесновато.

Замечательный персонаж в фильме – сам доктор Стрейнджлав, в прошлом нацист Мерквюрдихлибе, а ныне советник президента США по вопросам вооружения. Ученый в инвалидном кресле, его рука действует сама по себе – то вскидывается в нацистском приветствии, то начинает душить хозяина. В финале фильма доктор воодушевляется предстоящей ядерной катастрофой, развивает евгенические теории и в порыве встаёт, объявляя: «Мой фюрер, я могу ходить!»

Интересно, что популярный в мире фильм практически неизвестен у нас. Интересно, что слухи о коммунистическом заговоре фторирования воды действительно распространялись в охваченных антикоммунистической истерией США. Алкоголический бред Маккатри индуцировал бред в среде сочувствующих, так бывает. И еще интересно, что синдром чужой руки, который демонстрирует на экране Питер Сэллерс, впоследствии стали называть синдромом доктора Стрейнджлава.

Фильм мрачноватый, но его стоит посмотреть. Он о военных, о фашистах, о власти и о глупости.


Казаки-бойскауты

Казаки – люди, которые защищают свою землю. Защищают от врага, а надо – и от огня. Такая традиция и такое призвание. Казак – не форма, а дух. Я сам по происхождению казак и стараюсь этот дух хранить, но современные перезрелые бойскауты в форме нравятся мне всё меньше.

Пожарные не могут справиться со степными и тростниковыми пожарами в Краснодарском крае. Greenpeace организовал помощь. Волонтеры с оборудованием тушат пожары сами. Но казакам это не нравится:

Утром 8 сентября экологи увидели над горизонтом черный дым — ближайший пожар разгорался всего в нескольких километрах. Но потушить его им не дали. «Дом, где мы забазировались, внезапно окружили несколько десятков людей — одни в камуфляже, другие в парадной казачьей форме с какими-то орденами и знаками различия,— рассказал добровольный пожарный.— Они сломали забор, ворвались во двор и начали кричать, что мы предатели родины и что они нас никуда не выпустят». Неизвестные представились казаками Кубанского казачьего войска. «Мы пытались им объяснить, что мы приехали спасть их же край от пожаров,— говорит Григорий Куксин.— Показывали на черный дым, предлагали поехать тушить пожар вместе, но они отказались. Сами не боролись с огнем и нам не давали».
http://www.kommersant.ru/doc/3083901

Я могу понять, что гринписовцы не нужны казакам. Они показывают, что пожары можно потушить и дискредитируют тем самым беспомощные власти. Их действия мешают денежным интересам казаков – они тут единственные хозяева, защитники и претендуют на государственные деньги. Но тогда, извините, это казаки.

Казаки исторически сами заботились о своей земле, центральным властям было не до окраин, в Москве бы удержаться. Казачьи сообщества были основаны на самоуправлении, близком к анархии, и не любили управления сверху (не в первую очередь потому что центральная власть являлась только когда ей были нужны служивые люди или деньги). Наказных, присланных царской властью атаманов, случалось, отсылали назад, иногда и мертвыми, как произошло с войсковым атаманом Тамбовцевым в 1772 году. И казаки – «лыцари», у которых денежный интерес в жизненных приоритетах стоит ниже чести. Положим, местным казакам не понравились чужаки. Так при их активности и организованности – вышли бы, да потушили пожары. Посрамили бы городских волонтёров. Но нет, тушить пожары казаки не стали, а доблесть казачью употребили для разборок в духе шанхайской мафии.

«Я пытался заблокировать ворота, но на стекла машины наставили пистолеты, сказали выйти,— рассказал руководитель экспедиции Григорий Куксин.— Положили на землю, немного попинали, стреляли рядом с головой, облили какой-то химической дрянью». Господин Куксин заметил, что не смог определить, было оружие травматическим или огнестрельным. Остальные начали резать палатки, колеса машин, избивать людей. «Девушек вытащили из дома и начали кричать, чтобы экологи убирались обратно в Америку, “в свою Пендосию”,— говорит господин Куксин.— Угрожали, что, если мы не уберемся с кубанской земли, нас вообще больше никогда не найдут».
http://www.kommersant.ru/doc/3086507

Гори огнём, родная земля, лишь бы казна была под рукой. Видимо, не зря на моей родине говорили про таких: «Его дед был казак, отец – сын казачий, а он – хрен собачий».


Логика жизни

Мой преподаватель однажды вспылил в ответ на очередное: «А где здесь логика?». Он хотел сказать что-то важное о консультировании. Тщательно подготавливал момент, но вопрос из зала всё сломал. Получилось только: «Нет логики! В происходящем вообще мало логики, и обычно это понимают под закат жизни!». Не слишком убедительно.

«Серьёзный человек» – фильм о том, что нет логики. Это как чихание: думаешь о нём и обязательно не чихнёшь. Ну… когда не ждёшь логики, понимаешь в происходящем больше, никто тебе не обязан за то, что ты такой хороший, надёжный план не обеспечишь и прочие банальности. Вроде бы скучные истины, но фильм об этом получился интересный.


Жив, курилка

Человек – довольно прочное существо. Сто раз каждый мог умереть: от удара машиной, утопления в реке, от чужого ножа, испорченных консервов, болезней или просто печали. Но смотришь – не-е-е, уцелел. Жив, курилка.


Хронопы и фамы

alechinsky-cronopio

Хронопы, фамы и надейки. Уверен, пройдет десять, двадцать или пятьдесят лет, эти слова появятся в словарях и каждому будет посвящено не меньше страницы. Потому что они – удобные обозначения фундаментальных черт характеров людей и описывают главное в отношениях человека с миром. 

Словечки эти в испанском языке придумал и пустил в мир выдумщик Хулио Кортасар, а на русский язык перевёл Павел Грушко, за что ему спасибо – лучшего перевода и не придумать. Представляю, сколько ему пришлось просидеть над «esperanza». Впервые хронопы и фамы и надейки появились в цикле рассказов «Жизнь хронопов и фамов». Фантастические существа, и об их внешности мало известно: хронопы – влажные зеленые фитюльки, фамы временами носят шляпы, а надейки – летающие микробы, которые легко вдохнуть по неосторожности (что приводит к страшным последствиям). Пожалуй, это всё. Однако этих скудных сведений вполне достаточно, потому что внешность не имеет значения для понимания сути каждого из существ. Разница между ними в душевной организации. Хронопом или фамом может быть хотя бы и кот. Мой кот, например, определенно хроноп. Никаких сомнений.

Кортасар описал сцены из жизни этих существ. Ситуации вполне жизненные, иногда даже бытовые. Из них понятно, что хроноп восторженный, добрый, но совершенно не приспособленный к жизни. Фам практичный, предусмотрительный и везде неплохо устроится. Далеко пойдет. Возможно, по головам других. Существо скучное и временами по этому поводу очень страдает, хотя долго это не продолжается. Надейка это… это надейка. Легкое порхающее существо, по-своему милое, но немного глупое.

Люди редко довольствуются абстракциями. Читатели хотели посмотреть на фантастических существ. Пьер Алешински, друг Кортасара, проиллюстрировал французское издание «Хронопов». Кому как, а мне его абстрактные иллюстрации не понравились. К тому времени, как я увидел их, хронопы были моими друзьями уже пятнадцать лет, и всё это время я представлял их себе совсем другими.

Рассказы рассказами, но типажи хронопов и фамов оказались ёмким и удобными. Сам Кортасар часто употреблял их в разговорах, переписке, заметках. Даже в опубликованных им эссе, совершенно серьёзных, они оказались очень уместными. И главное – они были понятны читателям и хорошо обозначали, о какого рода людях идет речь. Так воображаемое стало частью реальности, живет самостоятельно и от автора уже не зависит. Во всяком случае, среди моих средств навигации в реальности слова «хроноп» и «фам» занимают видное место. А значит, надо идти дальше.

Я тяготею к хронопам. Быть хронопом трудно. В самом деле, что значит быть хронопом? Во-первых, это означает лёгкую неуместность нахождения среди людей. А во-вторых – неприспособленность к общепринятому. Одно из слов, с которыми не дружат хронопы – жаргонизм «подсуетиться». Хронопская идиосинкразия. Хронопы не умеют подсуечиваться. А вот фамы подсуечиваться умеют. Быть фамом выгодно и приятно. Скука фамьего существования неплохо компенсируется уверенностью: уж фам-то знает, как надо жить. Зато хронопом быть интересно. Чем интересно? Например тем, о чем написаны заметки, которые я собрал здесь за десять лет.

 


Айн Рэнд за 30 секунд

Айн Рэнд, её пластмассовым беллетристическим героям и её «объективизму» – детской раскраске от философии, посвящается.


Процесс распада

Есть много хороших книг с бодрой драматургией в духе: «Вот герой. У него всё хорошо. Затем что-то происходит, и всё становится плохо. Герой находит в себе силы и преодолевает обстоятельства – всё снова хорошо». Духоподъёмные книги любят читатели, они попадают в шот-листы конкурсов, кинематографистам они нравятся, да и продаются они лучше.

Но гениальные книги другие. В них история распада, крушения, неудачи. «Пена дней» Виана и «Ночь нежна» Фицджеральда – такие книги подкупают правдивостью.

Человек идёт к старости и смерти. Успех краток, и с его завершением жизнь не кончается. Очевидные вещи, но в искусстве их как будто нет. Дальше идеи смерти на пике мало кто идёт. Куда труднее развернуть историю достоинства до конца. В этом смысле Фицджеральд мне нравится больше Хемингуэя, он выглядит честнее, хоть и не так эффектен.

Кусочек из его «Крушения»

Разумеется, вся жизнь – это процесс разрушения, но удары, служащие причиной драматической стороны этого процесса, – те внезапные сильные удары, что, как представляется, наносятся извне, – те, которые вы запоминаете и во всем вините и о которых в минуты слабости рассказываете друзьям, оказывают действие не сразу. Есть удары иного сорта, те, что наносятся изнутри, те, которых вы не чувствуете, пока не станет слишком поздно оказывать сопротивление, пока вы наконец не осознаете, что в некотором отношении больше никогда не будете так же хороши, как прежде. Крушение первого рода, по-видимому, происходит быстро, второго же – почти незаметно для вас, но то, что оно произошло, вы осознаете совершенно неожиданно.

Собственно говоря, человек может потерпеть множество разных аварий – например, если произошла авария в голове, право принимать решения отбирают у вас другие! А после аварии в теле остается лишь покориться белому миру больниц. Возможна и авария в нервах.

Незадолго до этого, сидя в кабинете одного замечательного врача, я выслушал тяжкий приговор. Сохранив остатки того, что при взгляде в прошлое представляется самообладанием, я продолжал заниматься своими делами в том городе, где тогда жил, не особенно переживая, не думая – в отличие от героев книг – ни о том, сколько еще не сделано, ни о том, что станется с тем или иным обязательством.