Рахивы для 'Стихи'
Тссс! О драконах – ни слова
Дмитрий Медведев, президент России.
Ноябрь 2008 г., «Прайм-ТАСС»Когда появляется информация о том, что банк падает, его положение неустойчиво, – естественно, оттуда изымаются деньги, люди не могут на это не реагировать <…> Такого рода информацию нужно проверять и при выявлении признаков преступления сразу же привлекать к ответственности.
http://www.vedomosti.ru/newspaper/article.shtml?2009/03/31/188793
«Центр-инвест» и его предправления Анна Штабнова пытаются взыскать с издательского дома «Приазовский край» и заместителя главного редактора одноименной газеты Сергея Резника $35 млн за репутационный вред банку и 10 млн руб. – за моральный вред Штабновой. Арбитражный суд Ростовской области зарегистрировал иск 25 марта.
Причиной стали статьи Резника «Необдуманное решение ЕБРР» и «Выигрывает Сбербанк», опубликованные 19 марта. В них утверждается, что прокуратура области рассматривает вопрос о возбуждении уголовного дела против Штабновой; решение ЕБРР о выделении «Центр-инвесту» кредита в $35 млн – неосторожное и необдуманное; партнеры разрывают отношения с банком.
Это создает впечатление ненадежности банка, говорится в иске (копия есть у «Ведомостей»): «Статьи содержат не соответствующие действительности сведения, имеют целью создать негативное отношение к КБ “Центр-инвест”, порочат его деловую репутацию и репутацию председателя правления Штабновой Анны Александровны не только как должностного лица, но и как личности. <…> упомянутая ложная информация затрагивает <…> коммерческую деятельность [банка]».
http://www.vedomosti.ru/newspaper/article.shtml?2009/03/31/188793
Теперь о банках нельзя говорить вслух. Банковская система сильна как никогда, и свалить её может лишь неосторожное сомнение. Но тссс! О драконах ни слова.
Конец эпохи поэтов
Париж. 2009
В "Известиях" появились раздумья Дмитрия Быкова о непопулярной ныне поэзии.
…что же сегодня-то случилось, что к этому средству, этой клавише "Caps Lock" – какой в идеале и является всякая настоящая поэзия, – надо заново привлекать внимание? Вот передо мной, скажем, повесть Лидии Чуковской "Прочерк", глава про то, как они с однокурсниками в двадцать шестом году зачитывали друг друга стихами, как не могли расстаться, провожая друг друга на другой конец города зелеными весенними ленинградскими вечерами: что действовало на них так гипнотически? Не только Блок, от которого пьянели еще в девятисотые, не только Ахматова, но и второй ряд – Полонский, Фофанов… Господи, кто вообще придумал ряды? Иногда строчка третьестепенного поэта говорит душе больше, чем самый понимающий собеседник: стихи концентрируют момент, фиксируют его в самой точной форме. И резонанс оказывается так силен, что ни проза, ни драма не обеспечат подобного попадания в нерв. Зачем нужны были эти стихи ленинградским студентам двадцать шестого, сыновьям и дочерям "бывших"? Дело не просто в том, что они были воспитаны на литературе и без нее себя не мыслили: это было их право на жизнь, доказательство собственного существования.
…
Почему бы не предположить, что поэзия стала безнадежной архаикой? Хорошо, согласимся и с этим – только ведь архаикой она стала не потому, что устарела технически и не может соответствовать клиповому мышлению XXI века. Архаикой стало нечто иное, куда более фундаментальное: речь именно об этой клавише "Caps Lock". Никому больше не нужны большие буквы; или – выразимся мягче – величие участи уже не спасает от ее трагизма. Этот трагизм оказывается сильнее любых контраргументов: человеку все труднее жертвовать жизнью, да что жизнью – комфортом, обедом! – во имя абстракций. Вассальная верность выглядит не доблестью, а глупостью. Насмешка над честью – давно уже норма. Надличное и внеположное – термины, лишившиеся всякого содержания: ни слава, ни красота жеста, ни вечная память не выглядят достаточной компенсацией за усилие, жертву или, не дай бог, гибель. Поэзия нужна тем, кто нуждается в оправдании своего бытия и возвеличивании своих драм; современный человек не видит ценностей, которые стали бы выше бытия, и не хочет никаких драм, даже если из них получится великое искусство [выделено мной - Н.Л.].
Илья Ильф и Евгений Петров хорошо написали в "Золотом телёнке"
Параллельно большому миру, в котором живут большие люди и большие вещи, существует маленький мир с маленькими людьми и маленькими вещами. В большом мире изобретен дизель-мотор, написаны "Мертвые души", построена Днепровская гидростанция и совершен перелет вокруг света. В маленьком мире изобретен кричащий пузырь "уйди-уйди", написана песенка "Кирпичики" и построены брюки фасона "полпред". В большом мире людьми двигает стремление облагодетельствовать человечество. Маленький мир далек от таких. высоких материй. У его обитателей стремление одно — как-нибудь прожить, не испытывая чувства голода.
Так начиналась глава о ребуснике Синицком, сочинителе шарад и головоломок на актуальные темы. Сейчас ребусы и кроссворды продаются отдельными изданиями в любой электричке, на любой станции метро, они заменяют книги. Своеобразная жвачка для мозга, не насыщает, но занимает. Идеология больших дел сменилась даже не идеологией, а порядком жизни маленьких людей. Поэзия не нужна маленьким людям. Вместо поэзии в ходу ирония, стёб, разъедающие любую попытку приподняться над бытом, а сами эти попытки моментально обвиняются "пафосными", и потому заведомо ущербными. На мой взгляд, за всем этим скрываются попытки защититься от бессмысленности бытия маленьких людей. Смех здесь нужен для оправдания даже не самого отсутствия смысла, а отсутствие всяких попыток найти этот смысл. Задаваться гамлетовскими вопросами сегодня неприлично. Смешно.
Негатив белизны Томаса Венцловы
Побывал на встрече с Томасом Венцловой в доме Юргиса Балтрушайтиса. Талантливый человек, умеющий жить преподаванием и писательством, всегда приятно (и полезно) пообщаться с таким. Не могу судить о его стихах: я не знаток и не любитель «бродскообразного», хотя и не без удовольствия почитал представленный на встрече сборник «Негатив белизны». Мне лишь показалось, что Венцлова, как и многие люди его круга, до сих пор живёт антисоветчиной, и не может с ней расстаться. То, что время изменилось, появились другие проблемы, и всё пошло не так, как представлялось тогдашним диссидентам, лишь слегка его разочаровывает. Притягательность этих убеждений слишком сильна, чтобы покинуть их орбиту, даже если всё вокруг меняется.
Томас Венцлова как человек для меня гораздо интереснее Томаса Венцловы поэта или диссидента. Его способность пошутить над собой показалась мне уникальной. Не слишком часто писатель смеётся над тем, что его путеводитель по Вильнюсу превзошёл Гарри Поттера в рейтинге на витрине крупного магазина. Не слишком часто поэт не впадает в длинные заумные рассуждения о принципиальной невозможности перевода его стихов на другие языки, а уж заявление о том, что некоторые переводы лучше оригиналов – совсем редкость. Его правильная русская речь радовала, а остроумие восхищало.
Спасибо Habiru за информацию о вечере.
В путь пора
В путь пора
В путь пора, Божий путь;
край родной, счастлив будь.Будьте всюду со мной,
Сын, Отец, Дух Святой.Сенью крыл, ангел милый,
защити от злой силы!Защити нас в делах,
да не ждёт где беда!Божий дом - рать святых,
десять всех сил земных.Им со мной по пути, -
Боже, всё мне прости.В отчий кров без потерь
Я вернусь, войду в дверь.Ровен путь, и в ответ
всюду слышен привет.День пригож, а дорогу,
помолясь вверю Богу.
В путь пора.Ирландские стихи предположительно VII-IX вв.
Перевод Н.Сухачёва.Стихам в манускрипте предшествует текст:
"Вот охранная [песнь] Колум Килле, и должна говориться перед сном, и на заре, и перед дорогой, и она на чудесную помощь".
Личная жизнь писателя
Вот отношение писателя к биографическим исследованиям, мемуарам и публикации преписки.
Просьба
По вкусу если труд был мой
Кому-нибудь из вас,
Пусть буду скрыт я темнотой,
Что к вам придет в свой час,И, память обо мне храня
Один короткий миг,
Расспрашивайте про меня
Лишь у моих же книг.Редьярд Киплинг. Перевод В.В. Иванова
Рыбна хлябь!
Рыбна хлябь!
Тверди хлеб!
Море рыб!
Полна глубь!
Рыбных стай;
Кипень вод -
Белый град:
Лосось там,
Твари тьма!
Порта песнь -
Море рыб,
Рыбна хлябь!Заклинание Аморгена из «Книги захватов Ирландии». VI – VII вв. Перевод Н. Сухачева.
«Дело в переводе», – скажете вы. Извольте, оригинал
Iasach muir!
Montach tir!
Tomaidim m-eisc!
Iasc fo thuimbd,
Fairggae cruaid,
Cassair find
Crethaib each,
Lethan mil!
Portach Laid
Tomaidm m-eisc,
Iasach muir!
Кстати. Блог, посвящённый средневековым манускриптам. Илюстрация оттуда.
Максим
Максим Скажу вам сказку в добрый час!
Друзья, извольте все собраться!
Я рассмешу, наверно, вас -
Как скоро станете смеяться.Жил-был Максим, он был не глуп;
Прекрасен так, что заглядеться!
Всегда он надевал тулуп -
Когда в тулуп хотел одеться.Имел он очень скромный вид;
Был вежлив, не любил гордиться;
И лишь когда бывал сердит -
Когда случалось рассердиться.Максим за пятерых едал,
И более всего окрошку;
И рот уж верно раскрывал -
Когда в него совал он ложку.Он был кухмистер, господа,
Такой, каких на свете мало, -
И без яиц уж никогда -
Его яичниц не бывало.Красавиц восхищал Максим
Губами пухлыми своими;
Они, бывало, все за ним -
Когда гулял он перед ними.Максим жениться рассудил,
Чтоб быть при случае рогатым;
Но он до тех пор холост был -
Пока не сделался женатым.Осьмое чудо был Максим,
В оригинале и портрете;
Никто б не мог сравниться с ним -
Когда б он был один на свете.Максим талантами блистал
И просвещения дарами;
И вечно прозой сочинял,
Когда не сочинял стихами.Он жизнь свободную любил,
В деревню часто удалялся;
Когда же он в деревне жил-
То в городе не попадался.Всегда учтивость сохранял,
Был обхождения простова;
Когда он в обществе молчал –
Тогда не говорил ни слова.Он бегло по складам читал,
Читая, шевеля губами;
Когда же книгу в руки брал -
То вечно брал её руками.Однажды бодро поскакал
Он на коне по карусели,
И тут себя он показал -
Всем тем, кто на него смотрели.Ни от кого не трепетал,
А к трусости не знал и следу;
И вечно тех он побеждал -
Над кем одерживал победу.Он жив ещё и проживёт
На свете, сколько сам рассудит;
Когда ж, друзья, Максим умрёт -
Тогда он, верно, жив не будет.В.А. Жуковский
Голова и ноги
Иные басни очень провокационно и современно звучат.
Голова и ноги
Уставши бегать ежедневно
По грязи, по песку, по жесткой мостовой,
Однажды Ноги очень гневно
Разговорились с Головой:
«За что мы у тебя под властию такой,
Что целый век должны тебе одной повиноваться;
Днем, ночью, осенью, весной,
Лишь вздумалось тебе, изволь бежать, таскаться
Туда, сюда, куда велишь;
А к этому еще, окутавши чулками,
Ботфортами да башмаками,
Ты нас, как ссылочных невольников, моришь
И, сидя наверху, лишь хлопаешь глазами,
Покойно судишь, говоришь
О свете, о людях, о моде,
О тихой иль дурной погоде;
Частенько на наш счет себя ты веселишь
Насмешкой, колкими словами, -
И, словом, бедными Ногами
Как шашками вертишь». -
«Молчите, дерзкие, – им Голова сказала, -
Иль силою я вас заставлю замолчать!..
Как смеете вы бунтовать,
Когда природой нам дано повелевать?» -
«Все это хорошо, пусть ты б повелевала,
По крайней мере, нас повсюду б не швыряла,
А прихоти твои нельзя нам исполнять;
Да, между нами ведь признаться,
Коль ты имеешь право управлять,
Так мы имеем право спотыкаться
И можем иногда, споткнувшись – как же быть, -
Твое Величество об камень расшибить».Смысл этой басни всякий знает…
Но должно – тс! – молчать: дурак – кто все болтает.Денис Давыдов. 1803
Назрело пояснение
Мне говорят, что я пишу слишком резко, на скользкие и неоднозначные темы, некоторые даже мягко упрекают в «чернухе». Конечно, хочется доставлять людям радость, и можно писать светлые рассказики о мартовских котах и весенних пейзажах (что я иногда с удовольствием делаю). Мне тоже нравится писать весёлые и радостные вещи, но меня угораздило стать экономистом, а эта область не так светла, как хотелось бы.
В заголовок блога вынесено «об экономике и этике». Я пишу тут разные и, вроде бы, не связанные единой темой вещи, и между тем, они связаны. Экономика, по крайней мере я так её понимаю, не наука о распределении ресурсов, как говорят в учебниках, а наука о взаимоотношении людей. Дорожное движение, бездомные собаки, утилизация городского мусора, история – всё это о людях и об их взаимоотношениях, и всё это об экономике. А раз уж я пишу об экономике, во всё примешивается солоноватый вкус реальности. На мой вкус, соленое интереснее, чем приторное.
Эпиграмма и сонет
Поспорили однажды два поэта
О свойствах эпиграммы и сонета.
Их Фауст рассудил: обдумав дело,
Он пальму присудил сонету смело.
И тем обосновал своё решенье -
Что сладостней сонета украшенье.
Пусть так! А я в стихи добавлю соли:
Просоленное сохранится доле.Сэр Джон Харингтон
Перевод Григория Кружкова
В Багдаде всё спокойно
Был Гарун-аль-Рашид когда-то
Полновластным халифом Багдада.И придворные, лицемеря,
Говорили ему, что в Багдаде
Преисполнено все благодати,
Но Гарун-аль-Рашид им не верил.Он, себя за купца выдавая,
Посещал караван-сараи
И, вино распивая, от пьяных
Узнавал обо всех изъянах.Был Гарун-аль-Рашид халифом,
Но не верил ни льстивым фразам,
Ни причесанным сводкам-мифам,
А старался быть ближе к массам!Николай Глазков, 1962
-
-
Тунгусский поход
Мы сходили к Тунгусскому метеориту и сплавились до Байкита по Подкаменной Тунгуске.