Архивы за Август, 2009
Индийский поход
Сегодня мы (Сергей Цимбалаев, Владислав Букин и я) улетаем в Индию, побродить по долине Куллу. В степи бывал, в тайге бывал, по реке сплавлялся, а по горам пока толком не ходил, этого уже достаточно для поездки. К тому же, здесь недалеко 12 часов лёта Москва — Абу-Даби — Дели — Куллу, и мы на месте. Будем жить в Наггаре, покатаемся по окрестностям: Куллу, Катрейн, Манали, Маникаран, Пандох, Манди. Походим и по горам. Надеюсь, доберёмся до ледника Малана. На всё про всё у нас три недели. До встречи.
Из будущего в страх
С десяток часов назад я написал байку: «Жил водовод, жил, и лопнул. Кто виноват? Советские инженеры!». Как в воду глядел.
Саяно-Шушенская ГЭС была символом крупных проектов, которые осуществлялись в СССР, – вздыхает научный руководитель Высшей школы экономики Евгений Ясин. – Мы не знаем истинных причин этой крупной техногенной катастрофы, почему произошел гидроудар. Но, я уверен, истинная причина – в безалаберности и наплевательском отношении к строительным стандартам. В этом смысле можно, наверное, провести аналогию с Чернобылем.
Генератор несчастья. Е. Мазнева, А. Перетолчина, А. Рожков. Ведомости
С отчётом МАГАТЭ об аварии на ЧАЭС Ясин не знакомился. А мог бы. Полезно иногда знать то, о чём говоришь для газеты, даже экономисту полезно. Ну да ладно, что с Ясина взять. Скорее всего, его обрадует другое явление: русских удалось запугать. В том числе безработицей.
Миллионы людей боятся потерять работу. Но степень страха в разных странах существенно отличается. Россияне опасаются увольнения больше американцев, французов и чехов и примерно так же, как испанцы и латыши.…
Владимир Гимпельсон из ВШЭ и Галина Монусова из РАН в исследовании «Страх безработицы и поведение работников на рынке труда: опыт межстрановых сопоставлений» проанализировали ситуацию в 30 странах – «старых» капиталистических, бывших государствах соцлагеря и России. Они подсчитали в каждой стране долю людей, опасающихся потерять работу, и их степень готовности изменить – пройти переобучение, поменять место жительства, работать за меньшую зарплату – и оценили индекс страха потери работы по шкале от 1 до 4. В 2005 г. наивысший индекс страха отмечался в Болгарии, Латвии (по 2,6), России (2,4) и Испании (2,3), наименьший – в Ирландии и Финляндии (1,5).
…между уровнем безработицы и страхом перед ней нет линейной зависимости. Уровень безработицы в России в 2005 г. (7,2%) был равен венгерскому, а в Болгарии (10,1%) – французскому. А индекс страха в Венгрии и Франции был значительно ниже – около 1,9.
Индекс страха мало зависит и от жесткости трудового законодательства. В англосаксонских странах, где законодательная защита труда слаба, он оказался невелик. Там, где рынки труда характеризуются высокой защищенностью рабочих мест, он выше, за исключением скандинавских стран. Что еще любопытно, в большинстве стран члены профсоюзов боятся увольнения меньше, чем не состоящие в них. В России – наоборот.
И в кризис россияне боятся безработицы сильнее, чем жители других стран. По данным Росстата, уровень безработицы в мае 2009 г. составил 8,5%. Это сопоставимо с Францией (9,3%) и США (9,5%) и существенно ниже, чем в Венгрии, Латвии и Испании (10,2%, 14,3% и 18,7% соответственно, данные Евростата). По опросам, вероятным свое увольнение считали 57% работающих россиян, 51% испанцев, 35% французов и 25% американцев.
Главный вывод исследования: можно давить дальше. Стерпят.
Высокий уровень страха потери работы позволяет российским работодателям реже прибегать к увольнениям и чаще использовать для снижения издержек неполную занятость, снижение зарплаты и иные методы. Возможно, страх россиян перед безработицей отражает объективно низкую конкурентоспособность части работников на рынке труда.
Про чтение
Текст Владислава Букина.
Книги Дима [Дмитрий Булавинов] называл самой бесполезной вещью в путешествии. Даже разделочная доска, расческа, бритва и пара дисков Бритни Спирс дадут полкорпуса форы книгам. Потому как, во – первых весят много, во – вторых, требуют много времени, а в – третьих, на прочтение перед сном любимой главы в романе свет никто не обеспечит. Тем не менее ответ библиофилов звучал так: тащить их никто не будет, ибо их плот повезёт, времени на плоту завались – делать нечего, а свет вполне подойдет и от костра. Денис соблазнился и взял с собой маленькую книгу [Занимательное облаковедение], предварительно выдав соответствующие наставления мне – не более одной книги. Я, взвесив все возможности и призрачное обилие времени, выбрал учебник испанского языка объемом в полтора Войны и мира. Когда я вынул этот том из рюкзака в Москве, Денис только развел руками, но, к счастью, претензий не высказал.
Тропы Кулика литература избежала, а вот на плоту настал её час. Когда рыбаки бились за единственный рабочий спиннинг на носу, я мирно усаживался на корме, зазубривал слова, читал тексты, пользуясь обилием свежего воздуха, просветленных мозгов и вдруг появившейся тягой к познанию. Только от случайных блесен надо было иногда уворачиваться. И ни в коем случае нельзя было читать лёжа. Как только принимаешь горизонтальное положение на мягком коврике, все вышеназванные факторы начинают работать в другом направлении, и всё, как правило, заканчивается пробуждением на той самой книге под возгласы Димы: “Обед!”.
Утренняя вахта, если всё – же Денис меня на неё будил, налагала на мое чтение определенный отпечаток. Нельзя было спугнуть самый приятный сон, поэтому учебника я всячески сторонился и брал книгу Дениса про облака. Тексты про то, как Дон Хуан шатается по дому и спрашивает Донну Хуаниту, как называется тот или иной предмет, почему-то раздували сон напрочь.
Дима предпочитал чтение только с практической точки зрения. После десятичасовой рубки деревьев или возни с клиньями по колено в воде послушать на сон грядущий интересную главу об альтернативных конструкциях плота в выразительном исполнении Димы было очень интересно. Это не давало расслабляться и провоцировало целлюлозно-деревянные сны с выниманием заноз из пальцев и бесконечного выбивания пазов “обухом топора”.
Но в водной части путешествия Дима с Михалычем [Сергей Грозных] сторонились всего, что как-то касалось книг, если не принимать во внимание ведение дневника, до чего мы мастодонты-библиофилы не могли додуматься или, скорее, ленились. Однако в Куюмбе соблазн полистать свежую газету, пробежаться по заголовкам и пошуршать листами одолел Диму с Михалычем и они выпросили у продавщицы продукт красноярской печати. Свежестью он конечно не отличался, и, скорее, годился для упаковки семечек, но был вполне еще съедобным по новостям: две недели для нас не срок. Уделив прочтению от корки до корки полчаса, Дима сказал, что использовать её можно только в санитарных нуждах. Новостей в газете не было, листов не хватало, а основная часть статей была на тему: “Снежный человек загрыз шестерых грузин” или “ГАИшники по статистике предпочитают останавливать худых людей” и прочее. После этого злосчастная газета пропала без вести.
Подводя итоги, припоминаю одну историю с моим хорошим другом, большим любителем чтения, который, будучи на рыбалке, захватил с собой интересный томик. Он насаживал червя на крючок, забрасывал его в воду, открывал книгу и погружался в неё, пока сосед не начинал пихать его в бок с криками: “У тебя поплавок утонул, тащи!”. Бедняга окунь заглатывал червя так сильно, что извлечение более походило на хирургическое вмешательство, с попутным сведением с ума, наблюдавшего за этим действом кота. После третьего такого окуня приятель, в отличие от кота, решил, что рыбалка не для него: слишком нервно. Cамой пострадавшей оказалась книга, которую украшали остатки червя, рыбьей чешуи и внутренностей, кошачьих усов и характерный запах. Мойка книги заняла полтора часа, а для устранения запаха было применено средство под названием: “ Cмесь Шипра с Тройным”. Всё это поставило крест на книге, которую сначала просушили на балконе, а после задвинули подальше, чтобы не напоминать хозяину об ужасе под названием “рыбалка”. Есть вещи несовместимые. Чтение, чтением, но когда есть возможность, лучше лишний раз посмотреть вокруг и подумать, чем читать сухой текст.
Сборы
Вход с велосипедом воспрещен
Москва. Красная площадь (Диаметр передней линзы моей камеры 22 мм)
На всем белом свете в банках и магазинах никому нет никакого дела — войдете ли вы туда с кочаном капусты под мышкой, с крючконосым туканом, или насвистывая песенки, которым вас в детстве учила мать, или ведя за лапу шимпанзе в полосатых штанах. Но если человек входит туда с велосипедом, поднимается настоящий переполох и служители вышвыривают машину на улицу, а ее владельцу всыпают по первое число.
Велосипед, этот скромный трудяга, чувствует себя униженным и оскорбленным постоянными напоминаниями, высокомерно красующимися на стеклянных входных дверях. Известно, что велосипеды изо всех сил старались изменить свое жалкое социальное положение. Но абсолютно во всех странах «вход с велосипедом воспрещен». А иногда добавляется — «и с собаками», что еще сильнее заставляет велосипеды и собак ощущать комплекс неполноценности. И кошки, и заяц, и черепаха в принципе могут войти в роскошный универмаг Бунхе-Борн или в адвокатские конторы на улице Сан-Мартин, вызвав всего лишь удивление или великий восторг жадных до сенсаций телефонисток или, в крайнем случае, распоряжение швейцара об удалении вышеупомянутых животных. Да, последнее может иметь место, но это не унизительно, во-первых, потому, что допускается как мера возможная, но не единственная, и, во-вторых, потому, что является реакцией на нечто непредвиденное, а не следствием заведомых антипатий, которые устрашающе выражены в бронзе или эмали, или непререкаемых скрижалей закона, который вдребезги разбивает простодушные порывы велосипедов, этих наивных существ.
Но смотрите берегитесь, власть имущие! Розы тоже несведущи и приятны, однако вы, вероятно, знаете, что в войне двух роз умирали принцы — черные змии, ослепленные кровавыми лепестками. Не случится ли так, что однажды велосипеды будут угрожать вам, покрывшись шипами, что рога рулей вырастут и повернут на вас, что, защищенные броней ярости, они — легион числом — устремятся к зеркальным дверям страховых компаний и что печальный день завершится всеобщим падением акций, двадцатичетырехчасовым трауром и почтовыми уведомлениями о похоронах.
Хулио Кортасар. Вход с велосипедом воспрещен
И не говорите мне, что плёнка умерла
Это «широкая» плёнка. 130 роликов, и почти всё – слайд. Как бы теперь сохранить это от шести рентгеновских сеансов в аэропортах? Хорошо, если дело обойдётся только вуалью, половина кучи – слайд 400 и негатив 800. Говорят, свинцовые мешки помогают, но где их взять?..
-
-
Тунгусский поход
Мы сходили к Тунгусскому метеориту и сплавились до Байкита по Подкаменной Тунгуске.