Архивы за Март, 2010
Вышел Pentax 645D

Среднеформатная камера Pentax 465D
Очень давно ждал этой новости. Вышла среднеформатная зеркальная камера Pentax 654D. Самое важное о камере написано здесь. А на официальном сайте камеры есть и тестовые снимки (сайт на японском, чтобы посмотреть снимки, нужно кликнуть impression и на открывшейся странице – прямоугольники с пером). В мае камера появится в продаже и будет стоить почти 10 000 долларов. Огромная сумма, но в сравнении с аналогичной Mamiya DM40, которая дороже более чем в два раза, сносно.
Сам я часто снимаю на плёночный Pentax 645 NII, беру его почти во все путешествия и очень его люблю. Удобно лежит в руке, неприхотлив, не требует горы батареек, с качественной оптикой и нечувствительный к грязи и влаге – всем подходит. У меня есть также Canon 5D и Leica MP, но Pentax мне нравится больше других камер, и карточки с него получаются самые хорошие. В последнее время плёнку доставать всё сложнее, а проявка и сканирование слайда обходятся всё дороже. Похожая цифровая камера под уже имеющиеся объективы была бы очень кстати.
Смущают меня три вещи.
Во-первых, большая цена. 300 тысяч рублей – такую камеру шутя не купишь.
Во-вторых, в камере стоит не полноформатная матрица 60 x 45 мм, а кроп 44 x 33 мм. Понятно, что ждать полного среднего формата (простите за каламбур) было бы наивно, Leica S2 имеет сенсор 45 x 30 мм, и только старшие модели цифровых Hasselblad немногим больше – 37 x 49 мм. Но всё же мечта получить полный формат 645 остаётся.
А в-третьих, пока ещё не понятно, сможет ли цифровая среднеформатка дать такое же живое изображение, как слайд. Пока даже полноформатная Canpn 5D по цветопередаче не дотягивает до слайда. Мне часто говорят, что с умелой обработкой цифровые файлы будут не хуже плёнки, но у меня они получаются плохо, в то время как правильно отсканированный слайд при минимальной коррекции даёт живую тёплую картинку. Образцы фотографий я нашёл только на японском сайте камеры, ссылку на который я уже приводил. Фотографии там не радуют: изображение колючее, холодное и не очень живое. Сразу видно – цифровое. Посмотрим, что будут снимать дальше, может у других фотографов камера раскроется и заиграет (пришлите, пожалуйста, ссылку на карточки с неё, если увидите их в интернете).
Кроп вынуждает менять и штатный объектив, теперь им будет новый фикс Pentax FA 55 2.8, вышедший на день позднее камеры.

Объектив к среднеформатной камере Pentax 645 FA 55 2.8
Интересно, что объектив с ультразвуковым мотором внутри, чего раньше не было. И, кроме того, он весит около 150 граммов. А вообще, то, что к новой камере подходят объективы от плёночной Pentax 645 NII, не может не радовать. В любом случае, хотелось бы такой для плёночной Pentax, умеренного светосильного широкоугольника очень не хватает.
Рабочее место

Генерация бизнес-идей в 13 шагов
Шел граф N с графиней. Граф нечаянно наступил в лужу слегка обрызгал графиню. Они быстро позвали кучера сели в карету и уехали. Кучер рассказывает второму кучеру:
– Шел граф N с графиней, граф наступил в лужу, обрызгал графиню грязью потом они сели в карету и уехали.
Десятый кучер одиннадцатому:
– Шел граф N с графиней, специально наступил в лужу, обрызгал ее с ног до головы грязью затем они сели в карету и уехали.
Пятидесятый кучер пятьдесят первому:
– Шел в доску пьяный граф N с в доску пьяной графиней. Повалились с ней в лужу. Купаются в грязи, как свиньи. Кучер подъехал, схватил их за шкирки, запихнул в карету и отвез домой.
Сотый – сто первому:
– Сидит князь X на дереве и всех ругает неслыханно…Старый глупый анекдот
- Одному высокопоставленному (очень высоко поставленному) лицу нужна речь для выступления на ежегодной встрече, скажем, с председателями обществ любителей кактусов. Вызывают придворного спичрайтера и поручают ему райт такой спич, чтобы всем спичам спич. Он, понимая, что говорить опять не о чем, а консультироваться со знающими людьми поздно, начинает что-то лабать. Скажем, о переводе электростанций на сосновые опилки. А почему бы и нет, в конце концов? И не такое писали. Речей много, и эта – не самая важная.
- Высокопоставленное лицо читает речь с ужасом человека, которого крупно подставили. Но другой речи нет, а эту он не удосужился просмотреть заранее. Потом свойства человеческой психики берут своё, и оратор уверяет себя, что суть сказанного не так важна, всё равно никто не слушает, а кто слушает – не понимает. Да и, в конце концов, может быть, это и есть последнее веяние науки, ведь спичрайтеры – люди грамотные, ерунды не напишут.
- Подчинённые высокопоставленного лица слушают, внимают, запоминают, конспектируют.
- Придворные флюгеры среди подчинённых улавливают малейшее дуновение, понимают, что это шанс и проявляют инициативу. Идея высокопоставленного лица получает новое развитие.
- В поиске материалов для отчётов придворные сочинители отчётов натыкаются на забытую стенограмму речи высокопоставленного лица. Обнаруживается ахинея про сосновые опилки.
- Сочинители отчётов связываются с ответственными людьми. В большинстве своём они тактично отмалчиваются, но среди ответственных есть и лизоблюды, у которых наготове куча инициатив по сосновым опилкам.
- Идея с опилками обрастает НИРами, НИОКРами и бизнес-планами, после чего с формулировкой «В соответствие с Вашей речью от…» подаётся высокопоставленному лицу. Лицо, конечно, забыло о речи и о кактусоводах, но гордо грандиозностью идеи и охотно признаёт своё авторство.
- Проект с сосновыми опилками попадает в раздел «Инновации» годового отчёта.
- Отчёт читают мало что понимающие, но досужие корреспонденты газеты «Ведомерсантъ». Они тут же пишут о новом проекте, подкрепляя его мнением ими же выдуманного «источника, близкого к аппарату высокопоставленного лица». Высокопоставленное лицо подозревает в сливе информации всех одновременно и никого конкретно. В конце концов, возможно, что оно само когда-то что-то сболтнуло, и на попятный идти поздно.
- Конкуренты компании понимают, что их обошли на несколько кругов. Конкуренты высокопоставленного лица внутри компании понимают, что их перспективы на повышение затянулись туманом.
- Организуется пятьсотпервое дочернее общество под руководством ближайшего заместителя высокопоставленного лица. Выделяются средства для инвестиций в производство опилок.
- Получается господдержка проекта по статье «Инновации», лоббируется статус национального проекта как конкурентного преимущества для вхождения в глобальную экономическую систему …
- … и понеслась!
Густав Леонхардт в Питере

На официальном сайте Филармонии им. Д.Д. Шостаковича скромные четыре строчки:
18, Воскресенье 19:00
Вечер музыки для клавесина
Густав ЛЕОНХАРДТ (Нидерланды)
ФРОБЕРГЕР, РАМО, КУПЕРЕН
http://www.philharmonia.spb.ru/rus/afishasr_2010-04.php
Леонхардт – клавесинист, органист, дирижёр, актёр. Легендарный исполнитель музыки барокко. Его приезд в Россию – неожиданность и редкость. Сходите.
UPD: Для меня билеты уже купили
Блоха
В связи с заслуженной, конечно, популярностью Хиля с этим роликом
вспомнилась Шаляпинская Блоха. Послушать можно по ссылке.
Песню поёт в погребке Ауэрбаха Гётевский Мефистофель, в переводе Александра Николаевича Струговщикова. Великолепный перевод, положенный на музыку Модестом Мусоргским и оживлённый артистичностью Шаляпина. Максим Горький пишет об этом исполнении:
Вышел к рампе огромный парень, во фраке, перчатках, с грубым лицом и маленькими глазами. Помолчал. И вдруг – улыб нулся и – ей-богу! – стал дьяволом во фраке. Запел, негромко так: «Жил-был король когда-то, при нем блоха жила…» Спел куплет и – до ужаса тихо – захохотал: «Блоха! Ха-ха-ха!» Потом власт но – королевски властно! – крикнул портному: «Послушай, ты! чурбан!» И снова засмеялся, дьявол: «Блохе – кафтан? Ха-ха! Каф тан? Блохе? Ха, ха!» И – этого невозможно передать! – с иронией, поражающей, как гром, как проклятие, он ужасающей силы голо сом заревел: «Король ей сан министра и с ним звезду дает, за нею и другие пошли все блохи в ход». Снова – смех, тихий, ядовитый смех, от которого мороз по коже подирает. И снова, негромко, убий ственно-иронично: «И са-амой королеве и фрейлинам ея от блох не стало мо-о-очи, не стало и житья». Когда он кончил петь – кончил этим смехом дьявола – публика, – театр был битком на бит,- публика растерялась. С минуту – я не преувеличиваю! – все сидели молча и неподвижно, точно на них вылили что-то клей кое, густое, тяжелое, что придавило их и – задушило. Мещанские рожи – побледнели, всем было страшно.
Кстати, перевод песни Бориса Пастернака мне нравится меньше.
Мефистофель
Мы слышали, спускаясь в погребок,
Как пели вы до нашего прихода.
Для пенья здесь прекрасный потолок.
Разносят звуки гулко эти своды.Фрош
Скажите, часом, вы не виртуоз?
Мефистофель
Любитель, но почти что безголос.
Альтмайер
Так спойте что-нибудь!
Мефистофель
Я не в ударе,
Но я готов.3ибель
Из песен поновей!
Мефистофель
Мы прямо из Испанских Пиреней,
Страны хороших вин и нежных арий.
(Поет.)
Жил-был король державный
С любимицей блохой.Фрош
С блохой? Вот это так! Хвалю, хвалю.
Блоха – прямая пара королю.Мефистофель
(поет)Жил-был король державный
С любимицей блохой.
Он был ей друг исправный,
Защитник неплохой.
И объявил он знати:
«Портному прикажу
Ей сшить мужское платье,
Как первому пажу».Брандер
Портному не забудьте приказать
Под страхом смерти соблюдать порядок,
Кроить по мерке и не припускать,
Чтоб на блохе сидело все без складок»Мефистофель
(поет)И вот блоха в одеже,
Вся в бархате, в шелку,
Звезда, как у вельможи,
И шпага на боку.
Сенаторского чина
Отличья у блохи.
С блохой весь род блошиный
Проходит на верхи.У всех следы на коже,
Но жаловаться страх,
Хоть королева тоже
В укусах и прыщах.
Блохи не смеют трогать,
Ее боится двор,
А мы блоху под ноготь,
И кончен разговор!Хор
(с ликованием)А мы блоху под ноготь,
И кончен разговор.Фрош
Вот это песня! Браво!
3ибель
Горе блохам!
У нас им верховодить не дано.Брандер
Нацелился, поймал, и – смерть пройдохам!
Иоганн Гёте. Фауст Перевод Бориса Пастернака
Джон Кеннет Гэлбрейт. Экономика невинного обмана: правда нашего времени

Джон Кеннет Гэлбрейт. Экономика невинного обмана: правда нашего времени
Последняя книга Джона Гэлбрейта, написанная им в 95 лет, за два года до смерти. Даже не книга – большая статья, чуть больше 80 страниц маленького формата. Возраст автора заметен по тексту – в разговоре пожилые люди по несколько раз повторяют самое, на их взгляд, важное. По большому счёту, книга и есть повторение самого важного из того, что Гэлбрейт говорил всю вторую половину двадцатого века.
Семьдесят лет жизни я отдал экономической науке. Мне нередко приходилось занимать государственные должности и решать экономические вопросы, а один раз даже довелось работать журналистом. За это время я понял: для того, чтобы быть правым и приносить пользу, необходимо признать, что реальность и устоявшиеся в обществе убеждения, которые я везде называл выражениемconventional wisdom[«расхожее мнение», «общепринятая точка зрения»…], расходятся. В итоге не удивительно, что я отдал предпочтение именно реальности.
Джон Кеннет Гэлбрейт. Экономика невинного обмана: правда нашего времени
Экономика более всех других наук засоряется предрассудками и заблуждениями, ставшими общепринятыми. Конечно, от того, что в них верят все, они не перестают быть заблуждениями и предрассудками. Ведь слишком часто бывает, что правду не говорят вслух, настолько часто, что мальчик из сказки о голом короле стал чуть ли не архетипом мышления. Гэлбрейт всю жизнь был тем самым человеком, который не боялся говорить про короля, что он голый, однако к его мнению никогда не прислушивались, слишком уж оно отличалось от утверждаемого «сильными мира сего». По сей день масса консультантов, финансовых аналитиков и университетских лекторов кормится от общепринятых заблуждений, не говоря уже об огромном мире менеджеров крупных корпораций, фактически захвативших власть над национальными государствами. Любой экономист, говорящий об этом, моментально объявляется маргинальным леваком и отторгается из профессиональной среды. Гэлбрейт всю жизнь балансировал на грани маргинальности, всю жизнь пытался очистить науку от мифов, но так и не сумел сделать этого при жизни. Время не пришло.
Вот некоторые мифы, о которых говорится в книге, и которые составляют «экономику невинного обмана».
1. Капитализм является свободной рыночной системой.
2. Потребитель независим в своём выборе и таким образом управляет поведением производителя.
3. Валовый внутренний продукт – объективный показатель прогресса общества.
4. Богатые имеют объективное моральное право на праздность, в то время как бедные не должны жить на социальное обеспечение.
5. Корпорации – само воплощение энергичности и предприимчивости. В частной корпорации бюрократии небывает.
6. Корпорацией управляют собственники, подчиняя себе менеджмент через собрания акционеров, советы директоров и другие инструменты корпоративного управления.
7. Вознаграждение менеджмента назначается в строгом соответствии с результатами его деятельности.
8. В экономике сосуществуют два независимых сектора экономики, частный и государственный. Их взаимное влияние незначительно.
9. Крупные корпорации не влияют на органы государственной власти и регулируются ими в интересах общества.
10. Излишнее государственное вмешательство угрожает частному сектору и благосостоянию общества в целом.
11. Финансовые аналитики и менеджеры неплохо предсказывают будущее с помощью развитых инструментов прогнозирования, и составляют оптимальные стратегические планы, которые, с небольшими погрешностями, исполняются.
12. Монетаристские меры регулирования позволяют управлять циклами экономической активности, предотвращая спады и смягчая перегревы.
13. Корпорации полностью подчинены интересам общества через независимый выбор потребителя.
Несмотря на то, что эти мифы каждый день опровергаются практикой, в общепринятой экономической теории, как, впрочем, и в массовом сознании они преобладают. Любой случай, противоречащий мифологии, объявляют исключением, в то время как вал этих исключений составляет правило. Теория нуждается в очищении от мифов, и честные учёные давно говорят о смене парадигмы экономической науки. Я думаю, что в новой экономической науке имя Гэлбрейта займёт достойное его вкладу место. Нобелевскую премию дают только при жизни, Гэлбрейту её не дадут. А жаль, этот экономист свою премию заслужил. Пока же Гэлбрейт остаётся в представлении интересующего экономикой наблюдателя чудаковатым левым экономистом, вечным критиканом с особой точкой зрения, интересным и умным, но мало влияющим на представления современников об окружающем их мире, как и на экономическую политику.

