Архивы по тегу 'Общество'
К слову, о технике
Выступление президента в МЭИ – это замечательно. Но интереснее всего не само выступление, а фотографии. На заднем фоне оборудование примерно 50-х годов. Вероятнее всего, нерабочее, хотя бы из-за естественного старения изоляции. Доска, эффектно расписанная параграфом из методички, примерно 70-х. Президент говорит о престиже инженерной профессии, но в одном из ведущих технических вузов страны музейная демонстрационная техника и затёртые зелёные доски, а в гуманитарных вузах, которые выпускают «ненужных» экономистов и юристов, белые доски для маркеров, флипчарты и проекторы. Фурсенко был рядом, можно было спросить, почему. Выпускнику технического вуза светит зарплата в 10-15 тысяч рублей, работа на придурковатого собственника, который без конца напоминает об очереди из таких же инженеров у дверей завода, и мешок гордости за профессию. Аудитория МЭИ это отражает. И пока ситуация не поменяется, школьники не пойдут в инженерные профессии.
Про Хранцию
Мой внук, когда тебе придётся прочитать
О нашем времени забавном,
В иные мелочи ты можешь не вникать,
Но думай лишь о самом главном.О том, что нам растлили души
Пустопорожние врали,
Они нам лесть вливали в уши
И к черной пропасти влекли;
О том, что все живые страсти
Им были попросту смешны,
Их опьяняла жажда власти
За счет ограбленной страны;О том, что, меж собой условясь,
С улыбкой наглой на устах,
Они насиловали совесть
И культивировали страх;
Что в мире подкупа и гнили,
Средь наглых гнусных прощелыг,
Мы не свидетелями были,
А попустителями их.О том, что все имели долю,
Все, как один, в одной семье-
И император на престоле,
И депутаты на скамье;
И если к злодеяньям этим
Привыкли мы в конце концов,
То отвечать придется детям
За поведенье их отцов!Мой внук, когда тебе придётся изучать
То, что считалось нашим срамом,
В иные мелочи ты можешь не вникать,
Но думай лишь об этом самом!
Не, я ничего не имел в виду. Это француз Гюстав Надо. Конец XIX века.
Будущее мыльных пузырей
Рыночная экономика постоянно сопровождается надуванием отдельных отраслей и их крахом. С крахом больших отраслей начинаются кризисы (я не говорил, что кризисы вызваны крахом каких либо отраслей). Можно участвовать в забегах леммингов, можно держаться от них в стороне – всё равно кризис накроет. Таковы особенности массового поведения в капиталистической экономике.
Уже заговорили о кризисе новых доткомов (возможно, этот термин все уже забыли, их крах произошёл чуть более десяти лет назад). Разговор о схлопывании пузыря непременно означает его схлопывание, но прошлый опыт леммингов не учит.
О национальном видении
Доктор Фрейд не умел гипнотизировать, хотя учился этому во Франции, у самого Жана Шарко. Как ни бился его учитель, ученик не овладел необходимым для психиатра того времени искусством. От обиды Фрейд изобрёл психоанализ – метод лечения, не предполагающий гипноза. Но харизматичность для психотерапевта необходима, и доктору приходилось быть харизматичным. Почти со всех фотографий доктор Фрейд смотрит на нас как… как на мух. До того нехорошо смотрит, что смешно, и в карикатуры попадает.
Из всех карикатур мне понравилась эта, на которой Фрейд пьёт мате. Такое вот аргентинское национальное видение вошедшей в поп-культуру фотографии харизматичного доктора.
Мера вещей
— А в советском планировании вообще учитывался трафик?
— Мы, конечно, не предполагали, что в Москве может произойти такой автомобильный бум. Мы делали упор не на машины, а на человека: газоны, солнце, спортплощадки. Машину иметь было стыдно, я с 69-го года за рулем, но свой автомобиль оставляла за квартал от работы, чтобы никто не видел. Тогда было взято направление на общественный транспорт, и он очень мощно развивался: у нас троллейбусы ходили каждые четыре минуты, нормативы по остановкам до сих пор не более четырехсот метров от любого подъезда. А сейчас власти вдруг охватила такая любовь к автомобилю — все уже забыли, что в Москве вообще-то люди живут, а не машины. Человек, мера всех вещей, просто исчез из города.
Беда Афганистана
В Афганистане обнаружены не разрабатываемые месторождения полезных ископаемых, которые американские специалисты оценили примерно в один триллион долларов, пишет 14 июня The New York Times со ссылкой на высокопоставленный источник в правительстве США.
…
Месторождения были обнаружены группой американских геологов, проводивших исследования под контролем представителей Пентагона. Президент Афганистана Хамид Карзай уже поставлен в известность об этой находке. Залежи металлов находятся в различных регионах страны, включая области, граничащие с Пакистаном и являющиеся местом наиболее активных столкновений международного миротворческого контингента с талибами.
Интересную реакцию новость вызвала у афганских властей:
«Это станет главной опорой афганской экономики», – сказал об открытии ученых министр шахт Афганистана Джалиль Джумриани.
Как известно, странам с сырьевой ориентацией полезные ископаемые богатства не приносят. Вернее, не приносят богатства населению этих стран, хотя некоторым людям, несомненно, принесут.
Или вот, совсем уж ошибочное
Новые месторождения в Афганистане выведут страну из состояния войны и бедности, заявил первый секретарь афганского посольства в России Парвиз Аризу.
Теперь для войны больше поводов.
Пассионарность в организациях
Пассионарность – это признак, возникающий вследствие мутации (пассионарного толчка) и образующий внутри популяции некоторое количество людей, обладающих повышенной тягой к действию. Мы назовем таких людей пассионариями… Пассионарии стремятся изменить окружающее и способны на это. Это они организуют далекие походы, из которых возвращаются немногие. Это они борются за покорение народов, окружающих их собственный этнос, или, наоборот, сражаются против захватчиков… Механизм связи между пассионарностью и поведением очень прост. Обычно у людей, как у живых организмов, энергии столько, сколько необходимо для поддержания жизни. Если же организм человека способен «вобрать» энергии из окружающей среды больше, чем необходимо, то человек формирует отношения с другими людьми и связи, которые позволяют применить эту энергию в любом из выбранных направлений. Возможно и создание новой религиозной системы или научной теории, и строительство пирамиды или Эйфелевой башни и т.д. При этом пассионарии выступают не только как непосредственные исполнители, но и как организаторы. Вкладывая свою избыточную энергию в организацию и управление соплеменниками на всех уровнях социальной иерархии, они, хотя и с трудом, вырабатывают новые стереотипы поведения, навязывают их всем остальным и создают таким образом новую этническую систему…
Наибольший подъем пассионарности – акматическая фаза этногенеза – вызывает стремление людей не создавать целостности, а, напротив, «быть самими собой»: не подчиняться общим установлениям, считаться лишь с собственной природой. Обычно в истории эта фаза сопровождается таким внутренним соперничеством и резней, что ход этногенеза на время тормозится.
Постепенно вследствие резни пассионарный заряд этноса сокращается; ибо люди физически истребляют друг друга. Начинаются гражданские войны, и такую фазу мы назовем фазой надлома. Как правило, она сопровождается огромным рассеиванием энергии, кристаллизуются в памятниках культуры и искусства. Но высший расцвет культуры соответствует спаду пассионарности, а не ее подъему. Кончается эта фаза обычно кровопролитием; система выбрасывает из себя излишнюю пассионарность, и в обществе восстанавливается видимое равновесие.
Этнос начинает жить «по инерции», благодаря приобретенным ценностям. Эту фазу мы назовем инерционной. Вновь идет взаимное подчинение людей друг другу, происходит образование больших государств, создание и накопление материальных благ.
Постепенно пассионарность иссякает. Когда энергии в системе становится мало, ведущее положение в обществе занимают субпассионарии – люди с пониженной пассионарностью. Они стремятся уничтожить не только беспокойных пассионариев, но и трудолюбивых гармоничных людей. Наступает фаза обскурации, при которой процессы распада в этносоциальной системе становятся необратимыми. Везде господствуют люди вялые и эгоистичные, руководствующиеся потребительской психологией. А после того как субпассионарии проедят и пропьют все ценное, сохранившееся от героических времен, наступает последняя фаза этногенеза – мемориальная, когда этнос сохраняет лишь память о своей исторической традиции. Затем исчезает и память
Л.Н. Гумилёв. От Руси до России: очерки этнической истории
Не знаю как в истории этносов, а в истории организаций смена фаз хорошо прослеживается. Энергичные и целеустремлённые творцы сменяются сначала инертными исполнителями, а потом субпассионарными потребителями, которые стремятся вытеснить всё нарушающее сытый покой. Трудно только сказать, что нужно для возврата пассионариев. Вероятно, смена поколений членов организации.
Три лифта
Я работаю в высоченном здании, и в нём больше десятка лифтов.
Первый лифт – для высших руководителей. Он отделён специальной дверью с электронным пропуском, и вход обычным смертным к нему закрыт. Начальственный лифт отделан зеркалами, на полу настоящий ковёр, а этаж объявляют приятным женским голосом из динамиков в потолке. Если кому-то вдруг дали пропуск к «чистому» лифту, значит его скоро намного повысят. К бабке не ходи – повысят, прогноз верный.
На одиннадцати других лифтах ездят простые сотрудники. Не так много, как кажется на первый взгляд. Если ровно в двенадцать на обед идут самые дисциплинированные сотрудники, а самые дисциплинированные (конечно, это бухгалтеры) стартуют, когда все стрелки, включая секундную, сходятся на полуденной отметке, в лифт не войти. На полу в лифте для смертных плитка, двери покрыты никелированным железом, а вместо женского голоса в коридоре раздаётся звук вроде «ку-ку».
Первое время, после того, как я освоился на новой работе, у меня была проблема при поездке с этажа на этаж. Людей в конторе много, все куда-то бегут, в основном с бумагами. Иногда лифт останавливается на каждом этаже, и путешествие может затянуться. Представьте себе, десяток чиновных людей, низеньких и длинных, худых и толстых, всех возрастов и статусов, выстраиваются рядами вдоль немного кривых зеркальных дверей – вдоль своих искажённых отражений, при этом они старательно пытаются не касаться друг друга в тесном пространстве маленького лифта. Каждый из них только что играл серьёзную роль, и продолжит играть её на другом этаже, но здесь, во время вынужденного безделья и молчания, он всеми силами пытается остаться в роли. Каждый пытается не смотреть вперёд (двери почти зеркальные), не смотреть на других, не смотреть вниз, остаётся сосредоточить взгляд внутри себя. Согласитесь, десяток людей с физиономиями будд не могут не выглядеть смешно. Несколько раз я даже был вынужден выбежать из лифта на чужом этаже, чтобы обратиться носом к мраморной стене и рассмеяться.
Но самые интересные два других лифта, в которых ездят сантехники, электрики, официанты и уборщики. Некоторое исключение из них – официанты. Большинство из них несут заказы высокопоставленным лицам, которым по статусу не положено показываться на людях – изысканно украшенную тарелку картошки или стакан сока. Официантам передаётся серьёзность приближенных к руководству и важность исполняемого дела, так что официанты настолько же серьёзны, как и другие сотрудники. Прочим же в рабочих лифтах ничто не мешает смеяться и шутить. Даже обычные чиновники, а они (одни и те же) иногда здесь встречаются, на какое-то время становятся людьми. Столько баек и смешных ситуаций, как здесь за одну поездку, в обычной чиновничей жизни не увидишь и за неделю. Здесь можно встретить повара в высоченном колпаке, который, как бы приветствуя всех, кивает головой на входе и выходе в лифт (на самом деле, он кивает, чтобы не сбить колпак о верхнюю перекладину над дверью); забежавшая в лифт старушка бросит в ведро свой телефон: «Я не с пустым ведром, неприятностей не будет»; грузчик-таджик отпустит шуточку по поводу качества стирки поварской одежды (он как раз привёз постиранную партию, но теперь спутал её с грязной, которую должен отвести в прачечную, и не может разобраться, где какая). Таких ситуаций множество, в каждой поездке что-нибудь да увидишь.
Здесь я хотел привести цитаты о юморе из Карела Чапека, но они уже не клеятся. Просто дам ссылку http://lepestriny.livejournal.com/368275.html
Джон Кеннет Гэлбрейт. Экономика невинного обмана: правда нашего времени
Джон Кеннет Гэлбрейт. Экономика невинного обмана: правда нашего времени
Последняя книга Джона Гэлбрейта, написанная им в 95 лет, за два года до смерти. Даже не книга – большая статья, чуть больше 80 страниц маленького формата. Возраст автора заметен по тексту – в разговоре пожилые люди по несколько раз повторяют самое, на их взгляд, важное. По большому счёту, книга и есть повторение самого важного из того, что Гэлбрейт говорил всю вторую половину двадцатого века.
Семьдесят лет жизни я отдал экономической науке. Мне нередко приходилось занимать государственные должности и решать экономические вопросы, а один раз даже довелось работать журналистом. За это время я понял: для того, чтобы быть правым и приносить пользу, необходимо признать, что реальность и устоявшиеся в обществе убеждения, которые я везде называл выражениемconventional wisdom[«расхожее мнение», «общепринятая точка зрения»…], расходятся. В итоге не удивительно, что я отдал предпочтение именно реальности.
Джон Кеннет Гэлбрейт. Экономика невинного обмана: правда нашего времени
Экономика более всех других наук засоряется предрассудками и заблуждениями, ставшими общепринятыми. Конечно, от того, что в них верят все, они не перестают быть заблуждениями и предрассудками. Ведь слишком часто бывает, что правду не говорят вслух, настолько часто, что мальчик из сказки о голом короле стал чуть ли не архетипом мышления. Гэлбрейт всю жизнь был тем самым человеком, который не боялся говорить про короля, что он голый, однако к его мнению никогда не прислушивались, слишком уж оно отличалось от утверждаемого «сильными мира сего». По сей день масса консультантов, финансовых аналитиков и университетских лекторов кормится от общепринятых заблуждений, не говоря уже об огромном мире менеджеров крупных корпораций, фактически захвативших власть над национальными государствами. Любой экономист, говорящий об этом, моментально объявляется маргинальным леваком и отторгается из профессиональной среды. Гэлбрейт всю жизнь балансировал на грани маргинальности, всю жизнь пытался очистить науку от мифов, но так и не сумел сделать этого при жизни. Время не пришло.
Вот некоторые мифы, о которых говорится в книге, и которые составляют «экономику невинного обмана».
1. Капитализм является свободной рыночной системой.
2. Потребитель независим в своём выборе и таким образом управляет поведением производителя.
3. Валовый внутренний продукт – объективный показатель прогресса общества.
4. Богатые имеют объективное моральное право на праздность, в то время как бедные не должны жить на социальное обеспечение.
5. Корпорации – само воплощение энергичности и предприимчивости. В частной корпорации бюрократии небывает.
6. Корпорацией управляют собственники, подчиняя себе менеджмент через собрания акционеров, советы директоров и другие инструменты корпоративного управления.
7. Вознаграждение менеджмента назначается в строгом соответствии с результатами его деятельности.
8. В экономике сосуществуют два независимых сектора экономики, частный и государственный. Их взаимное влияние незначительно.
9. Крупные корпорации не влияют на органы государственной власти и регулируются ими в интересах общества.
10. Излишнее государственное вмешательство угрожает частному сектору и благосостоянию общества в целом.
11. Финансовые аналитики и менеджеры неплохо предсказывают будущее с помощью развитых инструментов прогнозирования, и составляют оптимальные стратегические планы, которые, с небольшими погрешностями, исполняются.
12. Монетаристские меры регулирования позволяют управлять циклами экономической активности, предотвращая спады и смягчая перегревы.
13. Корпорации полностью подчинены интересам общества через независимый выбор потребителя.
Несмотря на то, что эти мифы каждый день опровергаются практикой, в общепринятой экономической теории, как, впрочем, и в массовом сознании они преобладают. Любой случай, противоречащий мифологии, объявляют исключением, в то время как вал этих исключений составляет правило. Теория нуждается в очищении от мифов, и честные учёные давно говорят о смене парадигмы экономической науки. Я думаю, что в новой экономической науке имя Гэлбрейта займёт достойное его вкладу место. Нобелевскую премию дают только при жизни, Гэлбрейту её не дадут. А жаль, этот экономист свою премию заслужил. Пока же Гэлбрейт остаётся в представлении интересующего экономикой наблюдателя чудаковатым левым экономистом, вечным критиканом с особой точкой зрения, интересным и умным, но мало влияющим на представления современников об окружающем их мире, как и на экономическую политику.
Рабочий день
Выдержки из Журнала Особого Высчайше утверждённого Совещания по вопросу об уменьшении рабочего времени на фабриках и заводах. Заседание 20 декабря 1896 года
Научная революция, технологические прорывы, инновации – экономика кипит, всё меняется, но одно остаётся неизменным. Рабочее время. 8 часов в день, 5 дней, 40 часов в неделю. Кажется, так было всегда, и всегда будет. Несмотря на молчание вокруг этой темы, постоянство здесь более чем странно. Производительность труда постоянно растёт, техника постоянно модернизируется. Появляются новые системы менеджмента: MRP, канбан, бережливое производство – за последние полсотни лет новомодных названий было с десяток. И всё это множество систем и теорий направлено на одно лишь сокращение затрат, в первую очередь, трудовых. По некоторым оценкам, для удовлетворения человечеством большинства жизненных потребностей достаточно 3-часового рабочего дня, а рабочее время всё то же: 8 часов в день, 5 дней, 40 часов в неделю.
Идее 8-часового рабочего дня более ста лет. Впервые требование ограничения рабочего дня восемью часами было выдвинуто в США, на съезде тред-юнионов и рабочих союзов 1882 года. Принцип: по которому появилась цифра 8 простой: треть жизни работе, треть семье, треть на отдых. Тогда рабочий день не был ограничен и фактически составлял 11-12, а иногда и 15 часов. Требования были отправлены президенту США, но тот на них никак не отреагировал. Повторно требование выдвинули в 1884 году, тогда было решено установить 8-часовой рабочий день с 1 мая 1886 года явочным порядком, а в случае несогласия заводских администраций, отстаивать свои требования с помощью стачек.
1 мая 1886 года в США бастовали сотни тысяч человек на более чем десяти тысячах предприятий. Центром забастовок был Чикаго. Администрация завода сельскохозяйственных машин Маккормика объявила о локауте (коллективном увольнении) полутора тысяч протестующих рабочих. Уволенные и их семьи собрались в пикет у ворот завода. Администрация наняла штрейкбрехеров и разогнала пикет с помощью полиции, в ходе разгона несколько человек погибли. Собравшийся в городе на следующий день митинг был расстрелян после провокации: неизвестный кинул в полицейских бомбу. Было убито несколько десятков человек, организаторы забастовок, анархисты, через год были осуждены и повешены. День солидарности трудящихся отмечается 1 мая именно в память о Чикагских выступлениях 1886 года, по сути это день борьбы за 8-часовой рабочий день.
Однако до практической реализации принципа 8-часового рабочего дня прошло много времени и потребовалось много усилий. В 1919 году, как подразделение Лиги наций, была создана Международная организация труда. Первая Международная конференция труда, проведённая этой организацией, приняла конвенцию №1, устанавливающую 8 часовой рабочий день и 48 -часовую рабочую неделю. Не смотря на это, нормативную продолжительность рабочей недели в 40 часов в США законодательно установили лишь в 1938 году. Это не означало ограничения продолжительности рабочей недели, просто время свыше 40 часов оплачивалось как сверхурочное, в полтора раза дороже. Во Франции 40 часовая неделя была установлена в 1936 году. В среднем законодательство, ограничивающее рабочее время 40 часами в неделю, в развитых странах было принято в конце 30-х – начале 50-х гг. и сохраняется с небольшими изменениями по сей день.
В России и СССР ситуация была несколько иной. Впервые рабочий день законодательно был ограничен в 1897 году, тогда он был установлен в 11,5 часов (в субботу 10 часов) при шести рабочих днях в неделю. Отпуска не предусматривалось, как и какой либо ответственности за несоблюдение установленного ограничения. Надо сказать, что это было сделано не по доброй воле властей, а на фоне массовых забастовок мая 1896 года. До этого рабочий день составлял 12-13, а часто и 15 часов.
Требование 8-часового рабочего дня было в петиции, подготовленной Николаю II рабочими и жителями Петербурга 9 января 1905 года. Как известно, петицию Николай II так и не рассмотрел. На практике рабочий день был уменьшен лишь после Февральской революции, в марте 1917 года. Ограничение предусматривалось соглашением между Петроградским советом рабочих депутатов и Обществом фабрикантов и заводчиков. Тогда был установлен 8-часовой рабочий день при шести рабочих днях в неделю. Однако, это было лишь соглашение, законодательно оно оформлено Декретом Совета народных комиссаров 29 октября 1917 года, на четвёртый день после Октябрьской революции. Самый первый Кодекс законов о труде 1918 года ограничивал рабочий день 8 часами днём и 7 часами ночью. В связи с разрухой Гражданской войны требования кодекса соблюдались не всегда, однако в новом Кодексе законов о труде РСФСР 1922 года норма о 8-часовом рабочем дне стала безоговорочной. В 1927 году начался переход к 7-часовому рабочему дню. Продолжительность рабочей недели менялась, практиковались пятидневка, шестидневка и непрерывная рабочая неделя (здесь имеется в виду не число рабочих дней, а число дней в цикле труда и отдыха – четыре рабочих дня и один выходной, пять рабочих и выходной, шесть и выходной соответственно).
Накануне войны, в 1940 году, в СССР вновь была введена семидневная рабочая неделя (шесть рабочих и один выходной) с восьмичасовым рабочим днём. В 1941 по 1945 годы, понятно, работали по законам военного времени, практически без ограничений. Однако оплачиваемые отпуска были возвращены, а обязательные сверхурочные отменены уже в начале лета 1945 года, меньше чем через месяц после Победы. К семичасовому рабочему дню возвращались постепенно, по отраслям хозяйства, с 1956 по 1960 годы. Современный график работы с 41-часовой рабочей неделей был установлен Кодексом законов о труде 1971 года, хотя переход на пять рабочих дней с двумя выходными в неделю был осуществлён ранее, в 1967 году. Примерно в том же виде рабочая неделя существует в России до сих пор.
Принцип 40-часовой рабочей недели регламентирует Конвенция №47 Международной организации труда 1935 года, а Рекомендация №116 1962 года предлагает государствам последовательно сокращать продолжительность рабочего дня. То же самое предлагает и Европейская социальная хартия 1961 года. Однако, с начала 1960-х в этой области мире мало что поменялось. Была попытка перехода на 35-часовую неделю во Франции в 1998 году. Сделана она была не с целью уменьшить рабочий день как таковой, а увеличить занятость во время очередного экономического кризиса, предполагалось, что короткий рабочий день заставит собственников нанимать больше людей. Эта мера действительно работала с 1998 до 2002 года, однако впоследствии оказалось, что сокращённая рабочая неделя приводит к уменьшению зарплаты, и против неё выступили… профсоюзы. Всё закончилась фактической отменой 35-часовой рабочей недели в 2008 году и возврату к прежней норме в 40 часов.
В итоге, с конца 30-х, несмотря на рост производительности труда, мир топчется на месте. Всё те же 8 часов в день, 5 дней, 40 часов в неделю. Это для развитых стран, в развивающихся распространена 48-часовая рабочая неделя. И это формально, потому что фактически практикуется 10-12-часовой рабочий день. В России, как и в других странах «третьего мира» неоплачиваемые сверхурочные очень распространены. Интересно, что часто они не считаются сверхурочными, предполагается, что работник не справился с обязанностями в основное время и остался после работы. Сам, конечно, по своей инициативе, адекватность сопоставление администрацией объёма работ с ресурсом рабочего времени сомнению не подвергается. Конечно, к этому добавляются дорога на работу и с работы, время, чтобы прийти в себя после работы и подготовиться к следующему рабочему дню и т.п. Конечно, ни о каком соблюдении принципа 8 часов на работу, 8 семье и 8 на отдых говорить не приходится.
На вопрос, почему рабочий день не уменьшается несмотря на огромный рост производительности труда, обычно даётся несколько объяснений и возражений. Вот некоторые из них.
1. Вместе с ростом производительности растёт и потребление. Мы больше производим при тех же трудозатратах, но настолько же больше мы и потребляем.
2. Структура потребления в современном мире сильно поменялась, вместо продукции промышленного произвдства мы всё больше потребляем услуг и информации, а они принципиально трудоёмки.
3. Идея длительности рабочего дня устарела и потеряла смысл, всё больше людей работает на малых предприятиях, не на полный рабочий день и самостоятельно устанавливает себе расписание, не связывая его с законодательными ограничениями.
Для ответов на эти возражения нужно провести целое исследование, однако уже сейчас можно с высокой степенью достоверности утверждать, что во-первых, тезис о значительном влиянии малых предприятий – лишь миф. Множество малых предприятий часто составляют внушительные конгломераты и холдинги с единым управлением, и создаются для ухода от налогов. Иногда даже крупные корпорации формально являются малыми предприятиями, персонал которых работает на аутсорсинге, а промышленное производство осуществляется по договорам подряда в странах третьего мира. Во-вторых, большинство наёмных работников всё же занято на полный рабочий день, по законодательству. Законодательная норма служит ориентиром даже для множества тех предприятий, которые по роду своей деятельности могли бы установить у себя меньший рабочий день. В-третьих, высокий уровень потребления навязан стандартами общества, и здесь ограничений нет: всё, что произведено, должно быть потреблено, и на это работает армия рекламщиков и маркетологов, а если что-то потребляется, то его будут производить. В-четвёртых, и это главное, средняя продолжительность рабочего дня в развитых странах – не очень честный показатель. Капитализм – система, которая с самого своего возникновения воспроизводится в виде неоднородной структуры с развитым ядром и слабой периферией. В глобальном капитализме промышленное производство вынесено на периферию, в страны «третьего мира», а там, как известно, кто сильнее, тот прав. Чтобы заработать на жизнь, надо отдавать работодателю и 10 и 12 часов в день, и больше, если это нужно работодателю. Исследования на тему занятости и продолжительности рабочего дня, как правило, перечисленные возражения во внимание не принимают, в их поле зрения входят развитые страны и они не смотрят глубже формальной статистики. Изыскания, которые откроют истинную картину труда и занятости в современном капитализме, вероятно, будут предприняты в ближайшем будущем, и, уверен, здесь нас ждут большие открытия.
Главный урок, который можно извлечь из истории нормы рабочего времени, таков. Рабочий день был уменьшен не сам по себе, а после длительного организованного отстаивания наёмными работниками требований по его сокращению без уменьшения заработков. Современными работниками таких требований не выдвигается, более того, большинство из них заинтересовано в высоком уровне потребления, которого требует от них общество, в большом заработке и длинном рабочем дне. А это значит, что существующее положение дел «8 часов, 5 дней, 40 часов в неделю» законсервировано всерьёз и надолго.
Когда заметка уже была написана, в журнал «Деньги» № 7 (764) от 22 февраля 2010 г опубликовал статью «Праздность – норма жизни». Общий посыл статьи в том, что одна из основных причин отсталости России от западных стран состоит в слишком большом числе выходных дней. И такие статьи появляются не так редко. В том же журнале № 1 (758) от 11 января 2010 г. была статья «Праздник с минусом», в которой также проскальзывала идея о том, что в России слишком много выходных. Интересы бизнеса понятны, он хочет усилить владение нашим временем.
-
-
Тунгусский поход
Мы сходили к Тунгусскому метеориту и сплавились до Байкита по Подкаменной Тунгуске.