Почему-то часто считается, что велосипедист должен страдать, по меньшей места от седла. Возможно, это трудно понять, если вы проезжаете 10–20 километров по городскому парку, но выберитесь на весь день и прокатитесь “сотку” – всё станет ясно. Человека, который проделывает такое, называют iron man, “железный человек”, что не совсем верно: из стали у него лишь определенная часть тела, которая соприкасается с седлом.
И так было с самого появления велосипеда. В статье 1894 года доктор – мнение врачей в газетах любили всегда – пишет:
Седло – фундамент велосипедиста. Между тем этой истиной всего менее прониклись велосипедисты. Мне часто приходилось видеть, как ревностные ездоки, собираясь в путь, старательно осматривают и пробуют цепь, регулировку шариков, почти не обращая внимания на седло, меду тем, как в нем почти вся сила. Если седло неудобно по форме или неправильно поставлено, то оно раздражает кожу, производит давление на промежность, часто причиняет поранения, дает неправильное положение телу ездока и пр.
И когда после нескольких верст пробега, езда превращается из удовольствия в муку, то начинают обвинять дорогу, толчки, ветер, ход велосипеда, саму велосипедную езду и многое другое, оставляя в покое лишь главных виновников – собственное неумение и нерадение.
Помните, что от исправности седла зависит исправность седалищных частей, а всякое поранение этих частей у велосипедиста равносильно тому же, что поранение рук у солдата.
Трояно Д.А. Из записной книжки врача-велосипедиста // Русский велосипедист.
Иллюстрированный альманах велосипедного спорта. – Одесса, Тип. Л. Нитче, 1894. – с. 26-31.
Жестокая правда жизни: ближе к “сотке” плохое седло ранит, и жизнь становится болью. Вспоминается, как собираются в путешествие на велосипедах герои Джерома К. Джерома:
— …А седла! — продолжал я — мне хотелось пробрать его хорошенько. — Разве есть еще на свете седло, которого бы ты не испробовал?
— Я полагаю, что должны же когда-нибудь изобрести удобные седла!
— Напрасно полагаешь. Может быть, и есть лучший мир, в котором велосипедные седла делаются из радуги и облаков, но в нашем мире гораздо проще приучить себя ко всему твердому и жесткому, чем ожидать прекрасного. Помнишь седло, которое ты купил для своего велосипеда в Бирмингеме? Оно было раздвоено посередине так, что до ужаса походило на пару почек!
— Оно было устроено сообразно с анатомией человеческого тела! — продолжал защищаться Гаррис.
— Весьма вероятно. На крышке ящика, в котором ты его купил, изображен был сидящий скелет, или, точнее, часть сидящего скелета.
— Что ж, этот рисунок показывал правильное положение те…
— Лучше не входить в подробности, — перебил я, — этот рисунок всегда казался мне бестактным.
— Он был совершенно правилен!
— Может быть, но только для скелета. А для человека, у которого на костях мясо — это одно мучение. Ведь я его пробовал, и на каждом камушке оно щипалось так, словно я ехал не на велосипеде, а на омаре. А ты на нем катался целый месяц!
— Надо же было исследовать серьезно!
— Ты жену измучил, пока испытывал это седло: она мне жаловалась, что никогда ты не был более несносен, чем в тот месяц. — Помню еще седло с пружиной, на которой ты подпрыгивал, как…
— Не с пружиной, а «седло-спираль»!
— Хотя бы и так, но во всяком случае для джентльмена тридцати пяти лет прыгать над седлом, стараясь попасть на него, — занятие вовсе не подходящее.
Трое на четырех колесах. Джером Клапка Джером, пер. Надежда Алексеевна Жаринцова
Конечно, я потратил время и нашел, какие седла имеют в виду Гаррис и Джей. Это были вполне конкретные модели. Раздвоенное седло – скорее всего “Анатомическое седло Кристи” – Christy Anatomical Saddle. Оно и вправду похоже на пару почек, а в его рекламе рисовали скелет… часть сидящего скелета. В то время врачи много писали о вредном влиянии узких седел на здоровье, так что американская компания A.G. Spalding & Bros вышла на рынок с “идеальным седлом с точки зрения врачей”. Картинка иллюстрировала правильное положение седалищных костей.
Гаррис купил седло-омара в Бирмингеме. В Англию седла “Кристи” точно привозили – у фирмы был магазин в дорогом районе Холборн, самом центре Лондона (на границе Сити и Вестминстера, где стоит знаменитый дракон, герб Сити). Бирмингем тогда называли велосипедным сердцем Европы. Там было множество фабрик велосипедов, комплектующих, аксессуаров и магазинов-салонов, так что все новинки везли туда. Легко представить себе, что увлеченный велосипедами Гаррис ездил в Бирмингем как мальчик в “Детский мир”. Или… хорошо, как велосипедист 2000-х на велорынок в Сокольники – почти то же самое.
“Анатомическое седло Кристи” вышло на рынок в 1895, и к 1900, когда была издана книга “Трое на четырех колесах”, достигло пика популярности. Этих сёдел сделали и продали множество. Крупные фирмы штатно комплектовали ими свои велосипеды. Продавали “Кристи” и в России – в каталоге велосипедных и мотоциклетных принадлежностей “Лир и Россбаум” 1913 года есть его дамская версия (мужского варианта с длинным носиком почему-то не продают) и обозначено оно как самое гигиеничное.
Сейчас эти седла так востребованы любителями аутентичных старинных велосипедов, что их реплики из стекловолокна небольшим тиражом выпускает фирма TRM (Time Machines Limited). Как видно на фото, на ранних вариантах седла ставили высокие подушечки, так что под тяжелым седоком они действительно могли щипаться, особенно на кочках.
Забавно, что в конце 1990-х в велосипедном мире в очередной раз циркулировал слух о вредном влиянии езды на велосипеде на здоровье: седло пережимает кровоток. Всполошил всех уролог Ирвин Голдштейн статьёй в журнале Bicycling Magazine за август 1997. В сообществе велосипедистов слух бурно обсуждали, и некоторые всерьез подумывали о том, чтобы бросить велосипед. Конечно, только подумывали: бросить велосипед по своей воле невозможно. Ответом Голдштейну стал возврат популярности анатомических седел с желобком или вырезом в центральной части. Я сам купил тогда седло Selle Italia – вполне себе раздвоенное, с длинным вырезом по центру. Правда, оно не щипалось, так как было спортивным и жестким. К примеру, вот сегодняшнее седло Selle Italia Novus, которое я хотел бы поставить себе на гравийный Gestalt. Тот же самый желобок по центру и укороченный носик.
Когда речь идет о “седле-спираль”, имеется в виду, конечно, седло с пружинами. Первые велосипеды были на деревянных колесах, затем на колесах с металлическими или деревянными ободами на спицах. Можно представить себе, как трясло седока на обычных тогда булыжных мостовых. Уже позже колеса стали снабжать резиновыми шинами: сначала сплошными, и уже позже изобретением ветеринара Джона Данлопа – пневматиками. И всё время с тряской боролись как умели, тем более считалось, что она – страшно вредный медицинский фактор велосипеда. Пружины под седлами велосипедов появились не только раньше педалей, но и до появления самого слова “велосипед”. Некоторые из них были весьма причудливы. Чего стоит седло Харрингтона на “арабской пружине” 1888 года.
Хвалит это седло и Юлий Блок:
В подседельных пружинах имеется огромное разнообразие. Эта часть весьма существенна и выбор подходящей пружины имеет важное значение в отношенiи покойной езды. Часто плохое качество пружины причиняет неудобство, которое напрасно относят к самому велосипеду. Из отдельных пружин (не соединенных с седлом) лучшею следует считать “арабскую”.
Блок Ю. И. Велосипед: Его значение для здоровья, практическое применение, уход за машиной и пр. /
2-е изд., испр. и доп. – М.: типо-лит. Д.А. Бонч-Бруевича, ценз. 1893. –254 с.
Стоит внимания и ранняя версия седла “Брукс”, Brooks B80 на трех пружинах (справа).
Можно понять Гарриса: удержаться в подобном седле было непростой задачей, сопоставимой с родео на быке.
Разных седел было много, однако именно усовершенствованные “Брукс” быстро стали стандартом. Александр Ивашенцов в 1895 году писал:
Лучшие английские седла делаются несомненно Бруксом
Ивашенцов, А. П. Современный велосипед : Выбор его и применение / А. П. Ивашенцов. —
СПб: Издание Ф. В. Щепанского, 1895. — 274 с
В книге про велосипеды 1914 года “Брукс” хвалят ещё увереннее:
Лучшими седлами справедливо считаются английские седла Брукс (Broocs). Их широкое распространение и вместе с тем довольно высокая цена (в среднем руб. 10) вызвали многочисленные имитации, из которых некоторые можно признать довольно удачными. Но во избежании недоразумений и ошибок, следует заметить, что настоящие “брукс” снабжаются клеймом.
Ерофеев П. Велосипед и велосипедный спорт: Выбор, уход и починка велосипеда своими средствами.
Принадлежности. Спорт. отд / П. Ерофеев. – Санкт-Петербург : В.И. Губинский, 1914. – 64 с.
Более поздние версии этих сёдел знакомы читателю постарше по советским велосипедам. Да, седло с тремя пружинами на велосипеде моего дедушки – копия Brooks B90 конца 1890-х, а седло на двух пружинах, на котором проездил лет пять я сам – клон Brooks B66 второй половины 1920-х.
Кожаные седла Brooks B66 выпускают до сих пор, как в Англии, так и в КНР – их хорошие (и дешевые) копии. И они прекрасно подходят для дорожных великов с вертикальной посадкой, где удары на заднее колесо передаются в позвоночный столб. Пружины его смягчают. Я бы поставил такое на складной Dahon (только в версии B67 с двумя рельсами вместо хомута).
Седло на первом фото, которым обзавелся я – Brooks B17 Curved. Не знаю, как это получилось. Как-то вышло. На рынке, как пишет сам “Брукс”, оно с 1898 года. Первоисточника с описанием я не нашел, но нашел патент 567883 от 1896 года кожаного седла на стальной раме с натяжным болтом. Аккурат мой B17. В каталогах они обозначались тогда как “гоночные”. Что же, пусть так.
Кожаные B17 очень хвалят, особенно в субкультуре велогиков-хипстеров. Хотя их надо обкатывать, периодически обрабатывать специальным фирменным воском и бережно защищать от воды, дело того стоит. Удобно. Атмосферно. Как говорят, долго служит. Советские седла ничем (вопреки инструкции) не обрабатывали, под дождем держали без жалости и ездили на них десятилетиями, передавая по наследству.
Если вы думаете, что эксперименты с велосипедными седлами остались в прошлом, то вот современное седло для ищущих удобства. Кто там говорил о паре почек?
И по-прежнему велосипедные сёдла не делают из радуги и облаков. Сегодня я был в веломагазине, где сёдла подбирают с электронным измерением расстояния между седалищными буграми. И над компьютерным попомером висит… наш уже старый знакомый – гипсовый фрагмент сидящего скелета с рекламы “Анатомического седла Кристи”. Фотографии не будет, хватит на сегодня бестактных изображений.
