Как обещал, пишу продолжение и пояснение детективной истории с золотыми кирпичами старика Креза в дельфийской сокровищнице.
В «История» Геродота Лидия – первая страна, которую завоевал персидский царь Кир Великий. Лидийский царь Крез, сказочно богатый, испугался усиления персидской державы и напал на Персию первым, как бы сейчас сказали, превентивно. На руках у Креза было дельфийское пророчество: «Если Крез предпримет войну против персов, то он сокрушит обширное царство». Крез предпринял и сокрушил – свое собственное. Когда Кир взял лидийскую столицу Сарды, он велел сжечь на костре побежденного царя. Но Крез рассказал Киру красивую историю о переменчивости судьбы, повод к к которой ему когда-то поведал другой мудрец, Солон. Кир растрогался, оставил Креза в живых и сделал его своим советником.
Я далек от идеи разоблачать Геродота. Его истории хороши сами по себе, как Сказки тысячи и одной ночи или поэма о путешествиях Одиссея. Мало того, «История» – ценный источник, и большая удача, что он дошел до нас. Лишний повод писать увлекательно: более скучные истории затерялись в веках. И, тем не менее, для сюжета о золотых кирпичах, который я привел в первой части, важно разобраться, что в истории царя Креза правда, а что нет.
Геродот сообщает подробности о царе Крезе, но что из них достоверно? Судьба и спасение Креза от казни царем Киром в рассказе Геродота крутятся вокруг разговора Креза с греческим мудрецом Солоном. Солон рассказал Крезу, что счастливым человека можно считать после смерти, а пока он жив – рок переменчив, и мало ли что может случиться. Реформатор афинского законодательства Солон действительно путешествовал десять лет, бывал в Египте и в Лидии – приблизительно в 593-584 гг. до н.э. (напоминаю, что счет годам до Рождества Христа идет в обратную сторону). Крёз вступил на трон в 560 гг. до н.э. Фараон Амасис, которым, как пишет Геродот, принимал в гостях Солона, правил с 569 по 526 годы. Таким образом, Крез царствовал лет на 25-30 позже путешествия Солона. Солон не мог встретиться ни с резом, ни с Амасисом, тут Геродот ошибся. А вот богатство Креза и грандиозное крушение Лидии, скорее всего, были в действительности. Лидия контролировала месторождения золота и пользовалась ими. Крез одним из первых в истории начал чеканить золотые монеты, которых достаточно много в музеях мира. Сарды раскопаны, в них нашли руины богатого царского дворца и мастерские по обработке золота. В вавилонской хронике царя Набонида упоминается некая страна (название которой в тексте испорчено), и эту страну завоевал Кир Великий. Правда, там же указано, что побежденный царь убит. Большинство историков считает, что это Лидия.
И второе, что важно для детектива – определение чистоты материала «золотых» кирпичей. Первая известная история проверки качества золота через его плотность относится ко времени примерно на триста лет позднее даров Креза в Дельфы. Архимед, который в школьной истории предстает кабинетным ученым, в действительности был руководителем и деятельным инженером при дворе тирана Сиракуз Гиерона II. В наших аналогиях он скорее «курчатов», чем «эйнштейн». Среди прочего тиран поручил ученому проверить, не умыкнул ли ювелир, которому заказали корону, немного золота. Как я уже писал, золото – тяжелый металл. Если его часть заменили серебром, изделие при том же весе будет больше в объёме. Но это объем кирпича легко посчитать, а с короной перемножить три размера не выйдет, у неё сложная форма. Конечно, можно расплавить корону и перелить в кирпич, но тираны не носят на голове кирпичи, хотя бы и золотые. По легенде Архимед придумал, как определить объем фигуры любой формы, когда принимал ванну: сколько воды вытеснилось при погружении в неё тела, таков и его объем. Так можно определить объем короны, объемы равных по весу слитков серебра и золота, и таким образом найти соотношение серебра и золота в металле короны.
Кстати, определение плотности не было единственным способом определения пробы золота. С древности известен метод проверки золота пробирным камнем. Испытуемым металлом проводили по твёрдому пористому камню, рисуя на нем черту. Разные сплавы давали разный цвет линии. По цвету линии, сравнивая его с эталоном, определяли содержание золота. Сам Геродот упоминает этот способ в красивой метафоре:
Если не высказаны мнения, одно другому противоречащие, то нельзя и выбрать лучшего из суждений и необходимо довольствоваться одним; напротив, выбор становится возможным, если высказаны противоречивые мнения: подобно этому чистое золото познается нами не само по себе; только через трение о камень одного золота подле другого мы отличаем лучшее из них.
Геродот. История. VII,10
Использование пробирного камня описывали Теофраст (“О камнях”, 45-47) и Плиний Старший (“Естественная история”, XLIII.124 (43)). Цитату из Плиния есть смысл привести:
В связи с золотом и серебром надлежит сказать о камне, который называют пробирным камнем; как свидетельствует Теофраст, некогда его находили обычно только в реке Тмоле, ныне же находят в разных местах. Одни называют его гераклием, другие — лидием… С помощью этих пробирных камней эксперты, отколов, как бы напильником, от руды пробу, немедленно объявляют, сколько в ней содержится золота, серебра или меди, с точностью до скрупула — удивительный, безошибочный способ.
Плиний Старший. Естественная история. XLIII.126 (43).
Пользовались этим способом с самых древних времен. Сам камень иногда называли «лидийским»: река Тмол (Пактол), где его добывали, как раз протекает в Лидии, прямо через Сарды. Считается, что пробный камень активно применяли при Крезе. Таким образом, и у Креза, и в Дельфах был инструмент проверки подлинности золотых кирпичей. Оставим финал этого детектива открытым.
