Архивы по тегу 'контркультура'
Контркультура как рекламный прием

Реклама вовсю использует любые проявления контркультуры. Культовые кеды – символ неподчинения брендам – самы стали брендом, и вполне прибыльно продаются. На аукционе за бешеные деньги был продана прядь волос, срезанная с головы убитого Че Гевары. Продавец – бывший агент ЦРУ, участник убийства партизана в Боливии.
Дизайнер Тавис Кобурн предлагает желающим купить у него плакат, пародирующий продажи Nike под контркультурным брендом Мао. Все перепуталось в обществе потрбления.
В поисках контркультуры
В беспокойных девяностых под влиянием бурлящей жизни Академгородка мы играли Егора Летова, Янку Дягилеву и других, малоизвестных сибирских поэтов и музыкантов. Мы читали неглянцевые журналы, которые расходились в десятой копии, и различить буквы на мятых листах было делом хитрым. С того времени я слежу за толкованием словечка «контркультура» – названием журнала, редактором которого был, между прочим, нереспектабельный сын респектабельного модиста Славы Зайцева. Тогда контркультурой в музыке был невкусный ревущий звук с неумолимо мощным текстом, речитатив между песнями, свист микрофонной заводки. Потом контркультуру поймали и загнали в мышеловку, и вот иной панк-музыкант запросто выступает в одном телешоу с Аленой Апиной. Неизвестные поэты и певцы стали известными дизайнерами и менеджерами, кто-то окрысился, кто-то подобрел. Что теперь подразумевать под контркультурой? Только классику, только интеллект. Молодые хотят быть плохими, и вот, мы дожили до времен, когда плохо быть хорошим, и хорошо быть плохим. Мэрлин Мэнсон – это манная каша, протест – это Гендель. Генри Миллер – это скука, под одеялом сейчас читают Гоголя. Чиж – пошлятина, музыку для настоящих мужчин играл Гленн Гульд.
Я измучен. Не нарзаном. Мыльной культурой, которая окружает нас с утра до вечера, назойливо и нахально лезет в глаза и уши, не спрашивая разрешения.
Тошнит многих. «Контр-культура, где ты? Куда исчезла?» – возопил Сергей Соловьев, автор известной рок-трилогии. Глас вопиющего в духовной пустыне достиг ушей Бориса Гребенщикова. Отверзши уста, тот молвил: «Ищи ее в консерватории!».
Картинка отсюда

