Писал когда-то про сходство рейтингов с культом вуду:

Беготня с рейтингами – это такая секта культа вуду? Как у африканцев: потыкали иголкой в куклу врага – врагу поплохело, снизили рейтинг – стране кредитов не дают.

Идёт время, но ничего не меняется:

Если в случае с кризисом 2008г. три агентства записали в пособники, то с наступлением второй волны они вполне себе могут стать виновниками или по крайней мере полноценными действующими лицами кризиса. В свое время газета New York Times написала, что после окончания холодной войны в мире осталось всего две известные державы – США и Moody’s. Первое может задавить государство своей военной мощью, а второе – обескровить его финансы и пустить по миру, просто понизив рейтинг.

Первым поиграть мускулами по-крупному решило агентство S&P, лишив США наивысшего рейтинга в августе этого года. Произошло это впервые в истории и спровоцировало самую настоящую панику, а также обвал на всех видах бирж, который продолжался долгие три недели и вылился в триллионные потери инвесторов. Именно тогда во весь рост встал вопрос о влиянии, которое получили в условиях хрупкого восстановления после кризиса рейтинговые агентства.

Словно почувствовав свою силу, «большая тройка» усердно принялась за переживающую не самые лучшие времена еврозону. Начав с малого (рейтингов Греции, потом Ирландии и Португалии), Moody’s, S&P и Fitch по мере разрастания кризиса разошлись и взялись за рейтинги Испании, Италии, а теперь и Румынии.

При этом уже неясно, что (или кто) именно провоцирует кризис, и что идет сначала, а что потом. В обычной ситуации рейтинговые агентства просто фиксируют ухудшение ситуации снижением рейтинга. Однако сейчас, похоже, они бегут впереди паровоза, своими действиями провоцируя дальнейшее разрастание кризиса.

Схема здесь простая: в условиях кризиса европейского госдолга, когда инвесторы теряют доверие к странам-заемщикам, агентство снижает суверенный рейтинг страны. Доходность гособлигаций при этом растет, займы становятся дороже и все менее доступными. Ситуация с деньгами ухудшается с каждым днем, и агентство… снова снижает рейтинг. Хвост завилял собакой.

http://top.rbc.ru/economics/30/11/2011/627514.shtml

Это какое-то обсессивно-компульсивное расстройство, именуемое иногда неврозом навязчивого состояния: больной понимает, что вовлечён в бессмысленный, отягощающий его жизнь и отравляющий существование близких ритуал, но отказаться от него не в силах.

Неквалифицированным инвесторам не стоит продавать доллары, опасаясь технического дефолта США. Об этом в эфире радиостанции «Эхо Москвы» заявил первый заместитель председателя Центробанка Алексей Улюкаев

По словам Улюкаева, возможный дефолт США может повлиять на курсы валют, но, тем не менее, неквалифицированные инвесторы должны соблюдать правило: «не суетиться и не менять структуру своих вложений».

http://www.lenta.ru/news/2011/07/11/dollar/

Ещё позавчера у доллара были надежды, но вчера о нём проявил заботу Улюкаев, и надежды больше нет. Это как будто Кириенко сказал, что дефолта не будет. Теперь к бабке не ходи, с прогнозами полная определённость.

Сокуров (важничая). Да; с казной дело иметь выгоднее всего; она, можно сказать, всем нам кормилица… (Наливает вино в бокалы. К Праздношатающемуся.) Не прикажете ли, не имеем счастья знать по имени и по отчеству…

Праздношатающийся. С охотою. (Пьет.) А где вы это, господа, такой здесь тенериф достаете?.. отличный! И жжет и першит… славно! точно водка.

Ижбурдин. Из Архангельска-с; мы тоже и тамотки дела имеем-с.

Праздношатающийся (к Сокурову). Вот-с вы изволили выразиться, что с казною дело иметь выгодно. Не позволите ли узнать, почему вы так заключаете?

Сокуров. Да-с, это точно-с; сами изволите знать… казна… выгодно…

Палахвостов. Вот то-то, молодец! брешешь: выгодно, а почему, объяснить не умеешь.

Ижбурдин. А вот позвольте… вы, верно, комисинер?

Праздношатающийся (обижаясь). Почему же комиссионер?.. Я просто для своего удовольствия… желательно, знаете, этак по торговой части заняться…

Ижбурдин. Так вы приказный? понимаем-с! Это точно, что нонче приказные много насчет торговли за́ймуются — капиталы завелись… Так вот, изволите ли видеть, с казной потому нам дело иметь естественнее, что тут, можно сказать, риску совсем не бывает. В срок ли, не в срок ли выставишь — казна всё мнет. Конечно-с, тут не без расходов, да зато и цены совсем другие, не супротив обыкновенных-с. Ну, и опять-таки оттого для нас это дело сподручно, что принимают там всё, можно сказать, по-божески. Намеднись вон я полушубки в казну ставил; только разве что кислятиной от них пахнет, а по прочему и звания-то полушубка нет — тесто тестом! Подика я с этакими полушубками не токмо что к торговцу хорошему, а на рынок — на смех бы подняли! Ну, а в казне все изойдет, по той причине, что потребление там большое. Вот тоже случилось мне однажды муку в казну ставить. Я было в те поры и барки уж нагрузил: сплыть бы только, да и вся недолга. Ан тут подвернулся приказчик от купцов заграничных — цену дает хорошую. Думал я, думал, да перекрестимшись и отдал весь хлеб приказчику.

Праздношатающийся. А как же с казной-то?

Ижбурдин. С казной-то? А вот как: пошел я, запродавши хлеб-от, к писарю станового, так он мне, за четвертак, такое свидетельство написал, что я даже сам подивился. И наводнение и мелководие тут; только нашествия неприятельского не было.

(Все смеются).

Так оно и доподлинно скажешь, что казна-матушка всем нам кормилица… Это точно-с. По той причине, что если б не казна, куда же бы нам с торговлей-то деваться? Это все единственно, что деньги в ланбарт положить, да и сидеть самому на печи сложа руки.

М.Е. Салтыков-Щедрин. Что такое коммерция? Около 1857.

Рыночная экономика постоянно сопровождается надуванием отдельных отраслей и их крахом. С крахом больших отраслей начинаются кризисы (я не говорил, что кризисы вызваны крахом каких либо отраслей). Можно участвовать в забегах леммингов, можно держаться от них в стороне – всё равно кризис накроет. Таковы особенности массового поведения в капиталистической экономике.

Уже заговорили о кризисе новых доткомов (возможно, этот термин все уже забыли, их крах произошёл чуть более десяти лет назад). Разговор о схлопывании пузыря непременно означает его схлопывание, но прошлый опыт леммингов не учит.

…журнал «Деньги» № 7 (764) от 22 февраля 2010 г опубликовал статью «Праздность – норма жизни». Общий посыл статьи в том, что одна из основных причин отсталости России от западных стран состоит в слишком большом числе выходных дней. И такие статьи появляются не так редко. В том же журнале № 1 (758) от 11 января 2010 г. была статья «Праздник с минусом», в которой также проскальзывала идея о том, что в России слишком много выходных. Интересы бизнеса понятны, он хочет усилить владение нашим временем.

http://nektolukas.ru/ekonomika/rabochij-den/

В распоряжении "Ъ" оказался проект поправок к Трудовому кодексу, которые разработал Российский союз промышленников и предпринимателей. Работодатели предлагают ввести дополнительные основания для заключения срочного договора, например для выпускников без опыта работы или для работников, выходящих на пенсию. Кроме того, предлагается законодательно закрепить возможность 60-часовой рабочей недели.

http://www.kommersant.ru/doc-y.aspx?DocsID=1532428

Написал рецензию на "Суперфрикономику" Стивена Левитта и Стивена Дабнера для блога Empatika.

Того, кто ожидал от продолжения «Фрикономики» стройной и универсальной теории, «Суперфрикономика» немного разочарует. Да и странно было бы ждать такой теории всего от второй книги Стивена Левитта и Стивена Дабнера. Однако элементы выделенного направления экономической теории в ней уже есть. Например, неформальное определение, основанное на признании её сходства с подходом нобелевского лауреата по экономике 1992 года Гэри Бэкером:

По сути, Беккер на самом деле занимался фрикономикой – иными словами, попытками “обвенчать” экономический подход сбесграничным и не знающим правил любопытством.

Разработаны и элементы фрикономики как теории, в книге они рассеяныпо тексту, но хорошо заметны. И пока положения фрикономики в основном состоят из собранных по другим теориям утверждений, роль которых ранеесостояла в попытках критики экономического мэйнстрима. У Левитта и Дабнера им наконец-то нашлось созидающее применение. Среди такихположений тезис об ограниченной рациональности человека, о своеобразиичеловеческих предпочтений, о соотношении эгоизма и альтруизма в человеческих поступках, о сложности причинно-следственных связей.

Но основу «Суперфрикономики», как и предыдущей «Фрикономики», составляют примеры из реальной жизни…

http://www.empatika.com/blog/levitt-dubner-superfreakonomics

В Афганистане обнаружены не разрабатываемые месторождения полезных ископаемых, которые американские специалисты оценили примерно в один триллион долларов, пишет 14 июня The New York Times со ссылкой на высокопоставленный источник в правительстве США.
…
Месторождения были обнаружены группой американских геологов, проводивших исследования под контролем представителей Пентагона. Президент Афганистана Хамид Карзай уже поставлен в известность об этой находке. Залежи металлов находятся в различных регионах страны, включая области, граничащие с Пакистаном и являющиеся местом наиболее активных столкновений международного миротворческого контингента с талибами.

http://lenta.ru/news/2010/06/14/minerals/

Интересную реакцию новость вызвала у афганских властей:

«Это станет главной опорой афганской экономики», – сказал об открытии ученых министр шахт Афганистана Джалиль Джумриани.

http://www.vz.ru/economy/2010/6/14/410383.html

Как известно, странам с сырьевой ориентацией полезные ископаемые богатства не приносят. Вернее, не приносят богатства населению этих стран, хотя некоторым людям, несомненно, принесут.

Или вот, совсем уж ошибочное

Новые месторождения в Афганистане выведут страну из состояния войны и бедности, заявил первый секретарь афганского посольства в России Парвиз Аризу.

http://www.gazeta.ru/news/lenta/2010/06/14/n_1507284.shtml

Теперь для войны больше поводов.

Последняя книга Джона Гэлбрейта, написанная им в 95 лет, за два года до смерти. Даже не книга – большая статья, чуть больше 80 страниц маленького формата. Возраст автора заметен по тексту – в разговоре пожилые люди по несколько раз повторяют самое, на их взгляд, важное. По большому счёту, книга и есть повторение самого важного из того, что Гэлбрейт говорил всю вторую половину двадцатого века.

Семьдесят лет жизни я отдал экономической науке. Мне нередко приходилось занимать государственные должности и решать экономические вопросы, а один раз даже довелось работать журналистом. За это время я понял: для того, чтобы быть правым и приносить пользу, необходимо признать, что реальность и устоявшиеся в обществе убеждения, которые я везде называл выражениемconventional wisdom[«расхожее мнение», «общепринятая точка зрения»…], расходятся. В итоге не удивительно, что я отдал предпочтение именно реальности.

Джон Кеннет Гэлбрейт. Экономика невинного обмана: правда нашего времени

Экономика более всех других наук засоряется предрассудками и заблуждениями, ставшими общепринятыми. Конечно, от того, что в них верят все, они не перестают быть заблуждениями и предрассудками. Ведь слишком часто бывает, что правду не говорят вслух, настолько часто, что мальчик из сказки о голом короле стал чуть ли не архетипом мышления. Гэлбрейт всю жизнь был тем самым человеком, который не боялся говорить про короля, что он голый, однако к его мнению никогда не прислушивались, слишком уж оно отличалось от утверждаемого «сильными мира сего». По сей день масса консультантов, финансовых аналитиков и университетских лекторов кормится от общепринятых заблуждений, не говоря уже об огромном мире менеджеров крупных корпораций, фактически захвативших власть над национальными государствами. Любой экономист, говорящий об этом, моментально объявляется маргинальным леваком и отторгается из профессиональной среды. Гэлбрейт всю жизнь балансировал на грани маргинальности, всю жизнь пытался очистить науку от мифов, но так и не сумел сделать этого при жизни. Время не пришло.

Вот некоторые мифы, о которых говорится в книге, и которые составляют «экономику невинного обмана».

  1. Капитализм является свободной рыночной системой.

  2. Потребитель независим в своём выборе и таким образом управляет поведением производителя.

  3. Валовый внутренний продукт – объективный показатель прогресса общества.

  4. Богатые имеют объективное моральное право на праздность, в то время как бедные не должны жить на социальное обеспечение.

  5. Корпорации – само воплощение энергичности и предприимчивости. В частной корпорации бюрократии небывает.

  6. Корпорацией управляют собственники, подчиняя себе менеджмент через собрания акционеров, советы директоров и другие инструменты корпоративного управления.

  7. Вознаграждение менеджмента назначается в строгом соответствии с результатами его деятельности.

  8. В экономике сосуществуют два независимых сектора экономики, частный и государственный. Их взаимное влияние незначительно.

  9. Крупные корпорации не влияют на органы государственной власти и регулируются ими в интересах общества.

  10. Излишнее государственное вмешательство угрожает частному сектору и благосостоянию общества в целом.

  11. Финансовые аналитики и менеджеры неплохо предсказывают будущее с помощью развитых инструментов прогнозирования, и составляют оптимальные стратегические планы, которые, с небольшими погрешностями, исполняются.

  12. Монетаристские меры регулирования позволяют управлять циклами экономической активности, предотвращая спады и смягчая перегревы.

  13. Корпорации полностью подчинены интересам общества через независимый выбор потребителя.

Несмотря на то, что эти мифы каждый день опровергаются практикой, в общепринятой экономической теории, как, впрочем, и в массовом сознании они преобладают. Любой случай, противоречащий мифологии, объявляют исключением, в то время как вал этих исключений составляет правило. Теория нуждается в очищении от мифов, и честные учёные давно говорят о смене парадигмы экономической науки. Я думаю, что в новой экономической науке имя Гэлбрейта займёт достойное его вкладу место. Нобелевскую премию дают только при жизни, Гэлбрейту её не дадут. А жаль, этот экономист свою премию заслужил. Пока же Гэлбрейт остаётся в представлении интересующего экономикой наблюдателя чудаковатым левым экономистом, вечным критиканом с особой точкой зрения, интересным и умным, но мало влияющим на представления современников об окружающем их мире, как и на экономическую политику.

Выдержки из Журнала Особого Высчайше утверждённого Совещания по вопросу об уменьшении рабочего времени на фабриках и заводах. Заседание 20 декабря 1896 года

Научная революция, технологические прорывы, инновации – экономика кипит, всё меняется, но одно остаётся неизменным. Рабочее время. 8 часов в день, 5 дней, 40 часов в неделю. Кажется, так было всегда, и всегда будет. Несмотря на молчание вокруг этой темы, постоянство здесь более чем странно. Производительность труда постоянно растёт, техника постоянно модернизируется. Появляются новые системы менеджмента: MRP, канбан, бережливое производство – за последние полсотни лет новомодных названий было с десяток. И всё это множество систем и теорий направлено на одно лишь сокращение затрат, в первую очередь, трудовых. По некоторым оценкам, для удовлетворения человечеством большинства жизненных потребностей достаточно 3-часового рабочего дня, а рабочее время всё то же: 8 часов в день, 5 дней, 40 часов в неделю.

Идее 8-часового рабочего дня более ста лет. Впервые требование ограничения рабочего дня восемью часами было выдвинуто в США, на съезде тред-юнионов и рабочих союзов 1882 года. Принцип: по которому появилась цифра 8 простой: треть жизни работе, треть семье, треть на отдых. Тогда рабочий день не был ограничен и фактически составлял 11-12, а иногда и 15 часов. Требования были отправлены президенту США, но тот на них никак не отреагировал. Повторно требование выдвинули в 1884 году, тогда было решено установить 8-часовой рабочий день с 1 мая 1886 года явочным порядком, а в случае несогласия заводских администраций, отстаивать свои требования с помощью стачек.

1 мая 1886 года в США бастовали сотни тысяч человек на более чем десяти тысячах предприятий. Центром забастовок был Чикаго. Администрация завода сельскохозяйственных машин Маккормика объявила о локауте (коллективном увольнении) полутора тысяч протестующих рабочих. Уволенные и их семьи собрались в пикет у ворот завода. Администрация наняла штрейкбрехеров и разогнала пикет с помощью полиции, в ходе разгона несколько человек погибли. Собравшийся в городе на следующий день митинг был расстрелян после провокации: неизвестный кинул в полицейских бомбу. Было убито несколько десятков человек, организаторы забастовок, анархисты, через год были осуждены и повешены. День солидарности трудящихся отмечается 1 мая именно в память о Чикагских выступлениях 1886 года, по сути это день борьбы за 8-часовой рабочий день.

Однако до практической реализации принципа 8-часового рабочего дня прошло много времени и потребовалось много усилий. В 1919 году, как подразделение Лиги наций, была создана Международная организация труда. Первая Международная конференция труда, проведённая этой организацией, приняла конвенцию №1, устанавливающую 8 часовой рабочий день и 48 -часовую рабочую неделю. Не смотря на это, нормативную продолжительность рабочей недели в 40 часов в США законодательно установили лишь в 1938 году. Это не означало ограничения продолжительности рабочей недели, просто время свыше 40 часов оплачивалось как сверхурочное, в полтора раза дороже. Во Франции 40 часовая неделя была установлена в 1936 году. В среднем законодательство, ограничивающее рабочее время 40 часами в неделю, в развитых странах было принято в конце 30-х – начале 50-х гг. и сохраняется с небольшими изменениями по сей день.

В России и СССР ситуация была несколько иной. Впервые рабочий день законодательно был ограничен в 1897 году, тогда он был установлен в 11,5 часов (в субботу 10 часов) при шести рабочих днях в неделю. Отпуска не предусматривалось, как и какой либо ответственности за несоблюдение установленного ограничения. Надо сказать, что это было сделано не по доброй воле властей, а на фоне массовых забастовок мая 1896 года. До этого рабочий день составлял 12-13, а часто и 15 часов.

Требование 8-часового рабочего дня было в петиции, подготовленной Николаю II рабочими и жителями Петербурга 9 января 1905 года. Как известно, петицию Николай II так и не рассмотрел. На практике рабочий день был уменьшен лишь после Февральской революции, в марте 1917 года. Ограничение предусматривалось соглашением между Петроградским советом рабочих депутатов и Обществом фабрикантов и заводчиков. Тогда был установлен 8-часовой рабочий день при шести рабочих днях в неделю. Однако, это было лишь соглашение, законодательно оно оформлено Декретом Совета народных комиссаров 29 октября 1917 года, на четвёртый день после Октябрьской революции. Самый первый Кодекс законов о труде 1918 года ограничивал рабочий день 8 часами днём и 7 часами ночью. В связи с разрухой Гражданской войны требования кодекса соблюдались не всегда, однако в новом Кодексе законов о труде РСФСР 1922 года норма о 8-часовом рабочем дне стала безоговорочной. В 1927 году начался переход к 7-часовому рабочему дню. Продолжительность рабочей недели менялась, практиковались пятидневка, шестидневка и непрерывная рабочая неделя (здесь имеется в виду не число рабочих дней, а число дней в цикле труда и отдыха – четыре рабочих дня и один выходной, пять рабочих и выходной, шесть и выходной соответственно).

Накануне войны, в 1940 году, в СССР вновь была введена семидневная рабочая неделя (шесть рабочих и один выходной) с восьмичасовым рабочим днём. В 1941 по 1945 годы, понятно, работали по законам военного времени, практически без ограничений. Однако оплачиваемые отпуска были возвращены, а обязательные сверхурочные отменены уже в начале лета 1945 года, меньше чем через месяц после Победы. К семичасовому рабочему дню возвращались постепенно, по отраслям хозяйства, с 1956 по 1960 годы. Современный график работы с 41-часовой рабочей неделей был установлен Кодексом законов о труде 1971 года, хотя переход на пять рабочих дней с двумя выходными в неделю был осуществлён ранее, в 1967 году. Примерно в том же виде рабочая неделя существует в России до сих пор.

Принцип 40-часовой рабочей недели регламентирует Конвенция №47 Международной организации труда 1935 года, а Рекомендация №116 1962 года предлагает государствам последовательно сокращать продолжительность рабочего дня. То же самое предлагает и Европейская социальная хартия 1961 года. Однако, с начала 1960-х в этой области мире мало что поменялось. Была попытка перехода на 35-часовую неделю во Франции в 1998 году. Сделана она была не с целью уменьшить рабочий день как таковой, а увеличить занятость во время очередного экономического кризиса, предполагалось, что короткий рабочий день заставит собственников нанимать больше людей. Эта мера действительно работала с 1998 до 2002 года, однако впоследствии оказалось, что сокращённая рабочая неделя приводит к уменьшению зарплаты, и против неё выступили… профсоюзы. Всё закончилась фактической отменой 35-часовой рабочей недели в 2008 году и возврату к прежней норме в 40 часов.

В итоге, с конца 30-х, несмотря на рост производительности труда, мир топчется на месте. Всё те же 8 часов в день, 5 дней, 40 часов в неделю. Это для развитых стран, в развивающихся распространена 48-часовая рабочая неделя. И это формально, потому что фактически практикуется 10-12-часовой рабочий день. В России, как и в других странах «третьего мира» неоплачиваемые сверхурочные очень распространены. Интересно, что часто они не считаются сверхурочными, предполагается, что работник не справился с обязанностями в основное время и остался после работы. Сам, конечно, по своей инициативе, адекватность сопоставление администрацией объёма работ с ресурсом рабочего времени сомнению не подвергается. Конечно, к этому добавляются дорога на работу и с работы, время, чтобы прийти в себя после работы и подготовиться к следующему рабочему дню и т.п. Конечно, ни о каком соблюдении принципа 8 часов на работу, 8 семье и 8 на отдых говорить не приходится.

На вопрос, почему рабочий день не уменьшается несмотря на огромный рост производительности труда, обычно даётся несколько объяснений и возражений. Вот некоторые из них.
1. Вместе с ростом производительности растёт и потребление. Мы больше производим при тех же трудозатратах, но настолько же больше мы и потребляем.
2. Структура потребления в современном мире сильно поменялась, вместо продукции промышленного произвдства мы всё больше потребляем услуг и информации, а они принципиально трудоёмки.
3. Идея длительности рабочего дня устарела и потеряла смысл, всё больше людей работает на малых предприятиях, не на полный рабочий день и самостоятельно устанавливает себе расписание, не связывая его с законодательными ограничениями.

Для ответов на эти возражения нужно провести целое исследование, однако уже сейчас можно с высокой степенью достоверности утверждать, что во-первых, тезис о значительном влиянии малых предприятий – лишь миф. Множество малых предприятий часто составляют внушительные конгломераты и холдинги с единым управлением, и создаются для ухода от налогов. Иногда даже крупные корпорации формально являются малыми предприятиями, персонал которых работает на аутсорсинге, а промышленное производство осуществляется по договорам подряда в странах третьего мира. Во-вторых, большинство наёмных работников всё же занято на полный рабочий день, по законодательству. Законодательная норма служит ориентиром даже для множества тех предприятий, которые по роду своей деятельности могли бы установить у себя меньший рабочий день. В-третьих, высокий уровень потребления навязан стандартами общества, и здесь ограничений нет: всё, что произведено, должно быть потреблено, и на это работает армия рекламщиков и маркетологов, а если что-то потребляется, то его будут производить. В-четвёртых, и это главное, средняя продолжительность рабочего дня в развитых странах – не очень честный показатель. Капитализм – система, которая с самого своего возникновения воспроизводится в виде неоднородной структуры с развитым ядром и слабой периферией. В глобальном капитализме промышленное производство вынесено на периферию, в страны «третьего мира», а там, как известно, кто сильнее, тот прав. Чтобы заработать на жизнь, надо отдавать работодателю и 10 и 12 часов в день, и больше, если это нужно работодателю. Исследования на тему занятости и продолжительности рабочего дня, как правило, перечисленные возражения во внимание не принимают, в их поле зрения входят развитые страны и они не смотрят глубже формальной статистики. Изыскания, которые откроют истинную картину труда и занятости в современном капитализме, вероятно, будут предприняты в ближайшем будущем, и, уверен, здесь нас ждут большие открытия.

Главный урок, который можно извлечь из истории нормы рабочего времени, таков. Рабочий день был уменьшен не сам по себе, а после длительного организованного отстаивания наёмными работниками требований по его сокращению без уменьшения заработков. Современными работниками таких требований не выдвигается, более того, большинство из них заинтересовано в высоком уровне потребления, которого требует от них общество, в большом заработке и длинном рабочем дне. А это значит, что существующее положение дел «8 часов, 5 дней, 40 часов в неделю» законсервировано всерьёз и надолго.

Когда заметка уже была написана, в журнал «Деньги» № 7 (764) от 22 февраля 2010 г опубликовал статью «Праздность – норма жизни». Общий посыл статьи в том, что одна из основных причин отсталости России от западных стран состоит в слишком большом числе выходных дней. И такие статьи появляются не так редко. В том же журнале № 1 (758) от 11 января 2010 г. была статья «Праздник с минусом», в которой также проскальзывала идея о том, что в России слишком много выходных. Интересы бизнеса понятны, он хочет усилить владение нашим временем.

Граф Алексанр фон Шёнбург был перспективным журналистом в Берлинской газете, когда начался кризис начала «нулевых», и его выкинули с работы. Так иногда бывает: думает человек, что схватил успех за хвост и планирует график смены автомобилей на десять лет вперёд, но вдруг его приглашает начальник и, сочувствующе глядя в глаза, уведомляет об увольнении. И тут всё рушится.

Такое может случиться с каждым. Работника могут уволить, владелец бизнеса может разориться, госслужащий впасть в опалу. Как жить дальше? На что жить дальше? Для привыкшего к достатку человека трудно приспособиться к резко сократившимся доходам. Его уже успели убедить, что он – средний класс, а не те бедняки, которые каждый день давятся в метро и одеваются на блошиных рынках, и он поверил.

Увольнение заставило Шёнбурга изменить образ жизни. Самое сложное, наверно, в этой ситуации именно это – пересмотреть свою жизнь, отказаться от приятных дорогостоящих привычек, от высоких требований к своему быту. Придётся научиться жить скромно. Очень скромно. Честно говоря, надо научиться быть бедным. И в этом Шёнбургу помог опыт предков. Его род беднел из поколения в поколение и неплохо преуспел в этом деле.

Основная идея книги в том, что для счастья не нужно богатство, нужно просто жить и радоваться тому, что имеешь. Более того, для скромной жизни совсем не обязательно во всём себе отказывать и становиться аскетом. Большинство трат людей, живущих в достатке, бессмысленны и бесполезны, кроме того, они говорят о дурном вкусе. Истинный стиль, пишет Шёнбург, не в следовании желаниям, а в выборе приоритетов. Роскошная обстановка, большая машина и дорогие рестораны говорят о вульгарности, и ни о чём больше. Настоящее благородство – в минимализме быта и свободе от вещей, свободе передвижения общественным транспортом и приёме гостей дома.

Говоря о практических приёмах стильной бедности, Шёнбург описывает основные траты и способыкрасиво ихизбежать или уменьшить, улучшив свою жизнь и проявив вкус.

1. Не нужно подменять жизнь работой. В погоне за высоким уровнем потребления и попытках получить все деньги мира можно пропустить саму жизнь.
2. Не стоит вкладывать огромные деньги в обустройство квартиры. Уют не в вещах и бытовой технике, а в атмосфере любви и радушии хозяев.
3. Во время встреч в ресторанах разговор, как правило, сводится к еде. Зачем так встречаться? Не лучше ли пригласить гостей домой, где все будут чувствовать себя свободнее, и дружеский разговор состоится?
4. Чтобы заниматься спортом, не нужен абонемент в модный фитнес-центр. Прогулки, бег по парку и ходьба по лестнице гораздо лучше поддерживают спортивную форму.
5. Вождение автомобиля связано с негативными эмоциями и массой хлопот. Велосипед удобнее и полезнее, а главное – спокойнее и приятнее. Если уж ездить на машине, не надо относиться к ней как к высшей ценности, в конце концов, это всего лишь транспорт.
6. В дальних недельных путешествиях мало смысла: культуру не узнаешь и деньги потратишь. Короткий отпуск полезнее провести дома, а если уж ехать смотреть мир, то не меньше чем на полгода.
7. Дорогие наряды и богатые гардеробы безвкусны. Шик в недорогих, со вкусом подобранных вещах.
8. Дорогие «культурные события» не развивают эстетического чувства. Современное искусство – лишь бизнес, который засоряет ум и память. Гораздо стильнее сохранить чистоту и свежесть восприятия.
9. Воспитание в детях независимости и нонконформизма поможет им не заболеть болезнью потребительства (да и вообще поможет в жизни).
10. Делать покупки надо с умом, не поддаваясь на рекламные уловки и не попадаясь в расставленные маркетологами ловушки.

Несмотря на столь обстоятельный перечень тем, практическая сторона стильной бедности – не главное в книге. Шёнбург докапывается до глубин психологии потребительства, а это гораздо интереснее. У представителя «среднего класса», большую часть времени проводящего на работе, возникает душевная пустота. На семью, на саморазвитие, да и просто на отдых, времени и сил не остаётся, всё тратится на работу и получается в виде пачки бумажек в кассе или магнитной записи на банковскую карту. Жизнь обменивается на деньги. Со временем в этой круговерти человек поневоле начинает думать, что деньги и есть жизнь, что на деньги можно купить здоровье, радость, само счастье. На самом же деле, происходит как в анекдоте: «Машину купил, права купил, ездить не купил». Можно купить абонемент в спортзал, но нельзя купить хорошее самочувствие. Можно оплатить курсы иностранного языка, но нельзя купить умения говорить по-английски. Можно купить ребёнку игрушку, но нельзя купить эмоциональный контакт с ним. Нужно что-то кроме денег. Разумно сосредоточить на этом свою жизнь, отодвинуть деньги на второй план.

Я много раз убеждался, что описанные Шёнбургом приёмы работают на практике. Например, когда был студентомв моём кругу ходило сленговое словечко «барыжный», которое означало «дорогой» и «вульгарный» одновременно. «Барыги», торгаши и бандиты 90-х, были, возможно, единственными, у кого тогда были деньги. Покупать что-то в «барыжном» магазине было признаком плохого вкуса, как и носить дорогую «барыжную» одежду или есть «барыжную» еду. Наша жизнь, выражаясь языком Шёнберга, была стильной. Потом я стал зарабатывать, и начал понимать, что волей-неволей втягиваюсь в круговерть потребления. Трудно удержать постоянный ориентир, ловушка для ослика «морковка на удочке», которую предлагает нам общество потребления, заманчива. В неё легко попасть, особенно когда большинство окружающих бежит за такой же морковкой. Мне не хочется терять стиля в своей жизни, хочется сохранять осознанность, и дело тут даже не в бедности. Дело в том, как расставлены жизненные приоритеты, что важнее – жизнь или кошелёк.